Наконец дверь загрохотала, и появилось двое мужчин.
– Идите назад в купе, – велел один.
– Как бы не так, – принялась сопротивляться я, – убьет меня, маньяк!
– Ничего он вам не сделает, – пояснил второй, – небось не дурак. До Москвы остановок нет, куда ему деться, ежели вас пристрелит? Вы ему что сказали?
– Пошла к проводнику за таблетками от головной боли.
– Вот и возвращайтесь, а то неладное заподозрит.
– Но…
– Не волнуйтесь, мы проследим!
На подкашивающихся ногах я добрела до купе и рухнула на полку со стоном.
– Надо же, как вам плохо, – участливо заметил убийца, – сейчас чаек принесут.
В ту же секунду синяя от ужаса проводница всунула в дверь два стакана: один с заваркой, другой с супом.
– Деньги возьмите, – крикнул парень.
– Потом отдадите, – взвизгнула тетка и испарилась.
Парень принялся хлебать лапшу, дуя на ложку.
– Чаек-то остывает, – обратился он ко мне, – пейте.
– Спасибо, – проблеяла я, усаживаясь подальше от столика и поближе к двери. – Я люблю холодный.
Если захочет напасть, я постараюсь выскочить в коридор…
– На вкус и цвет товарищей нет, – философски заметил киллер и рыгнул.
Я вжалась в койку. Господи, помоги, спаси и сохрани, отведи беду, по щучьему веленью… Нет, последнее, кажется, не божественное…
Пока я пыталась вытащить из глубин памяти хоть какую-нибудь молитву, убийца встал и, легко подтянувшись на руках, закинул тренированное тело на верхнюю полку, потом раздался шорох газеты. Я слегка перевела дух… Так мы добрались до Москвы: абсолютно невозмутимый Козлов и я, трясущаяся от каждого шороха.
Когда поезд начал въезжать на перрон, за дверью послышался шум, и в купе вошло четверо милиционеров.
– Документы предъявите, – велел самый старший.
Я ледяной рукой протянула бордовую книжечку. Патрульный бросил в нее мимолетный взгляд и сообщил:
– Можете следовать.
На четвертой скорости я вылетела из вагона и, не чуя под собой земли, понеслась вперед, но ноги неожиданно отказались повиноваться, и, чтобы не рухнуть, мне пришлось прислониться к серому столбу в грязных потеках. Глаза машинально регистрировали происходящее. Вот из поезда выходят менты, волоча Козлова.
– Вы чего, ребята, белены объелись? – возмущается парень и тут же получает по шее.
Бегущие мимо пассажиры с любопытством поглядывают на патрульных, даже тетка, торгующая пирожками, приоткрыла рот. Живописная группа исчезла в конце перрона. Я отмерла и поковыляла к зданию вокзала. Нет, какой ужас! Ехала в одном купе с особо опасным преступником, находилась, можно сказать, на волосок от смерти. Потом появились иные эмоции.