Оставшееся перед битвой время Беркули отчасти думал, отчасти медитировал. Ярко вспыхнули слова из утреннего сна.
«Ты хоть раз ощущал приближение смерти?» — спросила его Первосвященница Администратор.
За сотни лет знакомства она так и осталась для Беркули загадкой.
Когда Алиса освободила Беркули из заморозки и доложила ему о смерти Первосвященницы, он даже не удивился. Его посетила только одна мысль: «Рад был знакомству». Смерть Верховного старейшины Чуделкина и то поразила Беркули сильнее.
Он не стал расспрашивать Алису о подробностях последней битвы и гибели Администратор. Отчасти на это повлияла внезапно свалившаяся ответственность за оборону мира людей, но, возможно, на самом деле Беркули просто не хотел знать, насколько непомерными были амбиции, фанатизм и грехи сребровласой полубогини.
Для него Администратор так и осталась кисейной барышней — меланхоличной, равнодушной, капризной. Беркули подчинялся её приказам, но никогда не поклонялся ей, как Чуделкин.
Ему никогда не было в тягость служить ей.
— Уж во что… а в это можешь верить, — пробормотал старейший рыцарь и распахнул глаза.
Он уже отчётливо различал и золотистые доспехи Алисы, и чёрного, словно тень, императора Вектора на пути к ней.
— Ладно, ждите в небе! Если меня убьют, летите на север к остальным! — приказал Беркули глухим голосом и спрыгнул со спины Хосигами.
Синон улетела, оставив после себя лишь белый, как от кометы, след. Семьсот защитников мира людей продолжали отчаянно маршировать на юг, словно пытались догнать её.
Позади содрогалась земля под ногами красной армии. Преследователи постепенно отставали, но ни солдаты, ни лошади не могли бежать вечно.
Асуна стояла на крыше повозки, где прятались Кирито, Тизе и Ронье, и с мольбой смотрела на юг. Минут через двадцать на горизонте показались развалины древних храмов, как и обещала Синон. Асуна не увидела ни людей, ни полулюдей, ни крупных монстров. Одни только обветренные камни дремали в полной тишине.
Путь пролегал между двумя храмами с плоской крышей. Эти здания двадцатиметровой высоты и трёхсотметровой ширины вполне могли сыграть роль стены, которая помешает врагам взять защитников в кольцо.
К югу от храмов дорога походила на паломнический маршрут, потому что с обеих сторон от неё стояли причудливые статуи. Не буддийские и не христианские, они напоминали разве что божества Южной Америки своей угловатостью и квадратной формой. На лицах вырезаны круглые глаза и большие рты, ладони коротких рук сложены, будто в молитве.