Три тысячи врагов окружали их и могли бы уничтожить выживших последним натиском…
Если бы не рыцарь и её дракон, которые продолжали бесстрашно сражаться перед Исканом и Дампой.
Она уже перешла границу физического и морального истощения.
Тем не менее рыцарь единства Шета Синтесис Твелв разглядела нового врага сквозь пелену перед глазами, подняла налитую свинцом руку и взмахнула «Чёрной лилией».
Тонкий клинок глухо просвистел в воздухе и впился во вражеский наплечник. Отдача болью пронзила руку от запястья до локтя, словно тысячи иголок.
— Ха… а-а-а-а-а! — выдавила Шета из себя хриплый клич, несмотря на то что славилась как Безмолвная.
Клинок с огромным трудом пробился сквозь мощный доспех и рассёк плоть по прямой линии. Враг упал, выкрикивая бессмысленные оскорбления. Выдернув меч, Шета прерывисто вздохнула.
Причина её усталости крылась не только в нескончаемости вражеского войска, но и в странном чувстве, которое Шета испытывала, сражаясь с красными воинами.
На них плохо действовала Инкарнация. Оружие и доспехи врагов не шли ни в какое сравнение с артефактом Шеты по уровню приоритета, но во время каждой атаки девушка-рыцарь ощущала неприятное сопротивление. То же самое касалось и вражеских ударов. Они всего лишь бездумно размахивали оружием, но почему-то Шета никогда не могла предугадать их движения. Она будто бы боролась с тенями. С армией отражений, хозяева которых находились где-то далеко.
Шета не испытывала никакого удовольствия, сражаясь с ними. Она была создана для убийств, но убийство этих теней не вызывало у неё ничего, кроме отвращения.
«Но почему? Я должна быть довольна любыми убийствами — хоть теней, хоть каменных статуй, Я всегда была куклой, которая умела только убивать…»
Тончайший чёрный меч самого высокого уровня приоритета, известный как «Чёрная лилия», — инструмент, созданный исключительно для убийств, и в некотором смысле копия Шеты. Как и она, этот артефакт теряет смысл существования, едва только перестаёт убивать.
Первосвященница Администратор взяла цветок чёрной лилии, найденный Шетой на поле боя в мире тьмы, превратила его в меч и вручила рыцарю единства с такими словами: «Этот клинок — воплощение проклятия, которое лежит на твоей душе. Именно это проклятие во время твоего рождения поиграло с разбросом твоих генетических параметров, привив тебе жажду убийства. Поэтому ты должна убивать, убивать и ещё раз убивать. И тогда, возможно, ты найдёшь в конце кровавого пути ключ к своему проклятию…»
Раньше Шета не понимала смысла слов Первосвященницы. Долгие годы она действительно убивала врагов и наконец нашла своего лучшего противника: гладиатора с кожей твёрже всех людей и предметов, которых касался её клинок. Она хотела сразиться с ним ещё раз.