Легендарный Сыч считается мертвым, но он жив и продолжает наводить страх на своих врагов. Когда его злейший враг Зелимхан объявляет огромную награду за его голову, вокруг героя начинает сплетаться сеть интриг и предательства. За такие деньги каждый готов пожертвовать всем, что угодно.
Раздел Chitat.online для книги «Сыч – птица ночная» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Легендарный Сыч считается мертвым, но он жив и продолжает наводить страх на своих врагов. Когда его злейший враг Зелимхан объявляет огромную награду за его голову, вокруг героя начинает сплетаться сеть интриг и предательства. За такие деньги каждый готов пожертвовать всем, что угодно.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Лев Николаевич Пучков Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Легендарный Сыч считается мертвым, но он жив и продолжает наводить страх на своих врагов. Когда его злейший враг Зелимхан объявляет огромную награду за его голову, вокруг героя начинает сплетаться сеть интриг и предательства. За такие деньги каждый готов пожертвовать всем, что угодно.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Да я его лепший кореш, блин! Ну вы даете, дамочка… Мы не виделись два года — я проездом здесь, хотел бы встретиться. Да я вам про него могу все рассказать, мы служили вместе. Ну — испытайте меня!
— Кореш? — усомнилась бдительная дама. — Ага… А ну-ка: увлечения? Какой напиток предпочитает? Как он называет тех, кто употребляет наркотики?
— Увлечения: коллективные игры, — с ходу принялся перечислять я. — Волейбол, футбол, баскетбол. Когда мы общались, он употреблял в малых дозах хорошую водку — предпочитал «Звезду Улугбека». А насчет наркоманов… так и говорит — «наркбман», только ударение акцентирует на втором слоге, а не на третьем, как это делает большинство людей. Ну что — вы довольны?
— Да, вполне, — сказала дама. — Только вам придется в Батайск ехать — мать его там живет… — Она назвала адрес. — Запомнили?
— Да, спасибо. До свидания. — Я повесил трубку и прямо из будки призывно замахал скучавшему неподалеку лохматому армянистому таксисту, который до этого приставал ко мне с предложением отвезти хоть на край света.
В Батайске я сразу угодил за стол. Эскулап Зленко, как выяснилось, приехал к родителям специально, чтобы вывести в расход годовалого борова Борьку, который повинен был в том, что людям к новогодним праздникам потребовалось мясо.
— А что — скоро Новый год? — глупо удивился я после третьей рюмки и солидной порции отменной свежатины.
— Ты вообще чем занимаешься? — ответно удивился Николай. — Совсем от жизни отстал!
После застолья я изложил свою просьбу, и слегка хмельной Николай, получив определенную сумму на оперативные расходы, укатил в Ростов на своей персональной престарелой «пятерке» — хотя я категорически возражал против такой постановки вопроса, упирая на повсеместное присутствие бдительных гибэдэдэшников.
— Завтра будь готов к восьми утра, — покровительственно заявил эскулап. — Заеду заберу. А пока — отдыхай…
В восемь утра «пятерка» Николая уже стояла у ворот. Мы плотно закусили все тем же несчастным Борькой в трех видах (холодец, жаркое и запеченная с салом кровь) и убыли в город.
— Значит, так, — следя за дорогой, начал доклад Николай. — Нашел я эту частную больничку — никаких проблем. Она у Октябрьского рынка одна такая. Три этажа, евроремонт, свой двор, стоянка — крутых там нянчат. Первый и второй этажи — поликлиника, третий — стационар. Твой Ахсалтаков там лежит — фамилию и не думали скрывать. У меня там аж трое приятелей работают, так что…
— Отец к нему приезжает? — поинтересовался я.
— Насчет отца не спросил, — озаботился Николай. — Но ты же не сказал…
— Да нет, все нормально, — поспешил я успокоить его. — С отцом сам разберусь — дальше давай.
— Ага, дальше, — Николай поскреб подбородок и покачал головой. — Охрана там.
