Легендарный Сыч считается мертвым, но он жив и продолжает наводить страх на своих врагов. Когда его злейший враг Зелимхан объявляет огромную награду за его голову, вокруг героя начинает сплетаться сеть интриг и предательства. За такие деньги каждый готов пожертвовать всем, что угодно.
Раздел Chitat.online для книги «Сыч – птица ночная» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Легендарный Сыч считается мертвым, но он жив и продолжает наводить страх на своих врагов. Когда его злейший враг Зелимхан объявляет огромную награду за его голову, вокруг героя начинает сплетаться сеть интриг и предательства. За такие деньги каждый готов пожертвовать всем, что угодно.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Лев Николаевич Пучков Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Легендарный Сыч считается мертвым, но он жив и продолжает наводить страх на своих врагов. Когда его злейший враг Зелимхан объявляет огромную награду за его голову, вокруг героя начинает сплетаться сеть интриг и предательства. За такие деньги каждый готов пожертвовать всем, что угодно.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Тебе какая разница, сколько нам чего надо? Мы платим, ты товар представляешь — всего-то делов. Когда понадобится еще — обратимся.
— Ага, понял. — Попцов почесал переносицу и кивнул в сторону стоявшего у стены небольшого металлического шкафчика. — Там для тебя еще кое-что есть. Иди возьми.
— Чего там? — поинтересовался я, ощущая лопатками, как напряглись за спиной парни с «кедрами». — Мне в принципе больше ничего не надо…
— Иди, иди — не пожалеешь, — напористо сказал Попцов. — Чего ты как к стулу прирос?
Действительно — чего прирос? Непонятно. Причин отказываться не было — я встал, сделал шесть шагов по направлению к ящику и открыл его. Обычная гардеробная кабинка, как в бане. На полке лежали несколько шерстяных лыжных шапок черного цвета, на крючке висели три пары наручников. Почувствовал вдруг, как начала потеть спина. Это что — страшная ошибка или недоразумение?
— Не понял юмора, Федорыч, — медленно проговорил я, наблюдая, как Попцов откатывается в кресле за стол, в нишу, а двое стрелков из противоположной ниши делают два шага вперед. Периферийным зрением отметил, что третий стрелок — с торца который — отступил за стеллаж и присел на колено, выпадая таким образом из сектора возможной стрельбы своих сотоварищей. Теперь в этом секторе оставался один я. — Да-а-а, Федорыч, не ожидал я от тебя… Я тебя чем-то обидел? Или ситуация резко изменилась, а я, недотепа, не заметил?
— Вот правильно ты делаешь, что не дергаешься, — одобрил Попцов из ниши. — Стой на месте. Надень наручники. И шапку натяни.
Я не счел нужным возражать — обстановка не располагала. Надел наручники в положении «спереди». Натянул шапку — по брови.
— Не дури, Олег, — ровным тоном предупредил Попцов. — Она шерстяная, дышать можно. Натяни на нос. И сделай еще два щелчка на правом запястье — я отсюда вижу, что колечко не до конца замкнуто.
Я защелкнул до конца наручники и натянул на нос черную шерсть. Шапка пахла чьим-то кислым потом — кто-то носил ее до меня. Почувствовал себя беспомощным и обиженным до крайности. Вот так шокировал! Вот так взял тепленьким! Деградирую, что ли? Чего я недоучел на этот раз?
— Объясниться не желаете? — поинтересовался дрогнувшим невольно голосом. — Или не достоин?
— Да ладно тебе обиженным прикидываться! — простецки хмыкнул Попцов. — Ты страшный врун, Олег. Я передумал продавать тебе свой товар — только и всего. Чего там объясняться?
— Врун?! — оскорбленно воскликнул я. — Как это понимать?
— Врун, врун, — подтвердил майор. — Ты берешь комплект для одного диверсанта и утверждаешь, что приобретаешь экипировку, для команды. Ты не звонишь предварительно, как это принято делать в нашем кругу, и не назначаешь встречу для обсуждения условий.
