Дима слушал звонок, когда жена пыталась уговорить его вернуться домой. Трижды ему предлагали объяснить их отношения - ни разу не сработала попытка. Семья выглядела идеально: отличный парень и его кошелек, но в этом мире без романтики уже год. А что нарушало? Кажется, ноль разницы......
Всласть, от души, чтобы слилась по цвету с тряпкой, которая весь вечер прикрывала эту задницу, а заодно привлекала внимание похотливых кобелей вроде Бориса.
С трудом удержался, чтобы прямо в коридоре не перекинуть девчонку через колено и не начать экзекуцию. А уж когда сказала, что собирается спать, терпение выгорело к хренам.
Не ложатся спать с такими красными глазами!
Не сваливают так быстро подальше, в свою комнату, когда пофиг!
— А-ну, посмотрела в глаза! — вжав твердокаменный стояк в развилку ног, я плавно вверх-вниз заскользил Ликой вдоль своего тела.
Пушинка! Какой была невесомой, такой и осталась. Ничего общего ни с фигуристой Ниной, ни с остальными любовницами. Девчонка совсем, несмотря на возраст и собственного ребенка.
— Не знаю, как тебя трахали тот хер в переднике из Питера и другие, но сегодня ты точно не вспомнишь никого из них, — мои губы сквозь ткань платья и белье нащупали острую вершинку груди, и зубы сжали ее до боли, до глухого сдавленного стона. — Моя девочка! Упрямая, но моя.
На глазах Лики сверкнули слезы, и она попыталась отодвинуться. Руки изо всех сил уперлись мне в грудь, но, если бы и хотел, отпустить ее я уже не мог.
— Давай, вырывайся сильнее! — смял ягодицы еще крепче. — Не умеешь бороться за себя, сражайся против. Разрешаю маленькая.
Моя правая ладонь проникла под кружево белья, и палец погладил горячие, мокрые складки. Сладкая врунишка была готова. Она текла мне на пальцы так обильно, что не нужно было никакой подготовки.
— Исход все равно один, птичка, — сразу два пальца во всю длину толкнулись в нее, и Лика запрокинула голову, кусая губы.
— Боже… — дрожь пробила ее тело насквозь.
— Нет, девочка, — пальцы вышли и двинулись в глубину снова, жестче, скользя по подпухшему клитору. — Мое имя ты помнишь. Можешь начинать выкрикивать его заранее, потому что голос ты сорвешь уже скоро. Точно.
— Дима, пожалуйста! — Лика как утопающая вцепилась в мои плечи.
— Наконец-то, ты говоришь то, что нужно, — сбросив обувь, я подхватил свою ношу покрепче и, не вынимая пальцев, понес туда, куда стоило нести давно — в свою кровать.
* * *Содрать с девчонки платье и белье в первый раз я так и не успел. Только ее колени коснулись простыни, как тормоза отказали напрочь. Не помню, как натягивал презерватив, руки работали на автомате.
