Дима слушал звонок, когда жена пыталась уговорить его вернуться домой. Трижды ему предлагали объяснить их отношения - ни разу не сработала попытка. Семья выглядела идеально: отличный парень и его кошелек, но в этом мире без романтики уже год. А что нарушало? Кажется, ноль разницы......
Я видел ширму, забыв, что передо мной маленькая упрямая идеалистка, которая не ломается и не гнется.
Моя идеалистка.
Ни черта не изменившаяся.
Только теперь еще и с дочерью, похожей на меня так, слово природа повязала нас самыми крепкими нитями.
От размышлений об упущенном времени виски начало буравить невидимое сверло. Противная боль, не поддающаяся никаким таблеткам. Сквозь нее я достал старый, уже год пылившийся в нижнем ящике стола мобильный телефон и подключил подзарядное устройство. Прижав к виску стакан с холодной водой, открыл ""черный список"" контактов.
Всего три действия. Нечего сложного, но сразу многое стало понятно — дозвониться до меня со своего номера у птички не было шансов. Нина все же нашла способ испортить мне жизнь даже, исчезнув из нее.
Следующим делом, не мешкая, я набрал бывшую. Разговаривать нам было не о чем. После рассказа Лики Нина утратила любое право на мою помощь, но кое-что узнать все же следовало. Пусть и с опозданием в два года.
Нина сняла трубку после второго гудка.
— Димуль, привет, — томно проворковала Нина, не дожидаясь моего приветствия.
— Два года назад ты внесла в ""черный список"" номер одной девушки, — расшаркиваться я не стал. — А до этого наговорила ей всякого дерьма. Сейчас я хочу знать, что именно ты сказала.
На несколько секунд в трубке повисла тишина.
— Что ты ей сказала?!
— Дим, да глупости какие-то. Ты же знаешь, я твой телефон и в руки не брала-то никогда.
— Нина… — я сделал медленный вдох и выдох. Никогда еще мне так сильно не хотелось свернуть кому-то шею. Счастье моей бывшей, что она находилась далеко.
— Димуль, ну серьезно! Разве я бы стала рисковать хорошими отношениями? У меня ведь кроме тебя никого нет. Пусть ты мне уже и не муж, но все равно не чужой человек. Я для тебя…
— Что ты, бл*дь, ей сказала? Быстро! — терпение лопнуло.
— Ди…
— Не скажешь сейчас, я попрошу Алика закрыть для тебя двери всех приличных заведений города.
На этот раз поток лицемерия иссяк мгновенно. Я услышал свистящий выдох, а потом испуганным тоном, оправдываясь через каждое предложение, Нина все же начала рассказывать то, ради чего я звонил. Без намеков на амнезию, без стандартных обвинений меня в том, что это именно я вынудил ее стать такой."
"К окончанию чистосердечного признания у меня не осталось даже злости. Внутри все словно выгорело.
