Автор
В темной комнате, где только слышны отдаленные шаги и шепот улицы, полоски света сквозь жалюзи делают пространство меньше. Тонкими линиями ночи ты в сотый раз пересчитываешь эти мерцания, но сон так и не наступает. Ночная жизнь за порогом — а вынужденно спать приходится дома....
Я сейчас наизнанку вывернута, обнажена перед ним в самом полном смысле этого слова.
Ни с кем и никогда я не была такой.
- Почему молчишь? – поднимает голову и смотрит мне в глаза.
В них еще плещется огонь. Остатки нашего общего безумия.
- Я… немного в шоке…
- Я тоже… - усмехается тихо, - не ожидал…
Саша ложится на спину и привлекает меня к себе так, что моя голова оказывается на его плече. Я обнимаю его рукой и тянусь, чтобы поцеловать подбородок.
- Не думала, что так бывает, - проговариваю, прижимаясь к нему щекой.
- До этого… не так было?
Снова про Игоря спрашивает. Никак успокоиться не может, Отелло.
- Саш, - после минутной паузы говорю я, - у нас с Игорем всего один раз было. Мы оба девственниками были. Вот… решили стать друг у друга первыми.
Саша не шевелится. Молчит, видимо, ожидая продолжения моей исповеди.
- Мы оба сильно волновались.
- Не понравилось?
- Нет, конечно… Было стыдно и больно… Он, когда кровь увидел, испугался, побледнел весь… На этом все и закончилось.
Чувствую поцелуй в лоб.
- Зачем ты согласилась, Даш? Я все равно не понимаю…
Этот же самый вопрос я задаю себе с того первого своего раза. Я не чувствовала к Игорю даже сотой доли того, что чувствую к Саше. Не задыхалась и не краснела перед ним. Меня не будоражили его запах, голос и взгляды. Не думала о нем ночами напролет. Не любила я его.
Ответ нашелся совсем недавно, и он мне сильно не понравился.
- Мне кажется, это был мой протест маме, - выговариваю сдавленно.
- В смысле? Переспала с одноклассником на зло ей? – переспрашивает Саша неверяще.
Вслух это звучит еще ужаснее, но, кажется, так оно и есть. Мама так часто и так навязчиво читала нотации о том, как важно отдать свою невинность с умом, не первому попавшемуся ничего из себя не представляющему парню, а достойному и обеспеченному, что у меня со временем выработалась стойкая ненависть к собственной девственности.
- Сам же понимаешь, что мама хотела использовать мою невинность, как крючок на тебя.
Саша глубоко затягивается воздухом и продолжительно выдыхает. Впивается пальцами в мое плечо.
- Я бы с удовольствием на него попался.
- Тогда ты так не думал…
Вместо ответа Саша резво переворачивает меня на спину и нависает сверху.
- Ты простила?
- Конечно, - отвечаю, не задумываясь.
Я, вообще, не умею обижаться на людей долго.
