Автор
В темной комнате, где только слышны отдаленные шаги и шепот улицы, полоски света сквозь жалюзи делают пространство меньше. Тонкими линиями ночи ты в сотый раз пересчитываешь эти мерцания, но сон так и не наступает. Ночная жизнь за порогом — а вынужденно спать приходится дома....
- Дай, я сама выберу, - забирает у меня карту, а я, сложив руки на груди, перевожу взгляд на Дашку.
Она сидит как статуя, с плотно сжатыми губами и широко распахнутыми глазами. Увидев, что я на нее смотрю, мгновенно вспыхивает.
Вспомнила свой нечаянный стриптиз?..
Удерживаю ее взгляд, даю понять, что тоже помню.
- Ты почему из дома уехала? – тихо, но с нажимом спрашиваю я.
Даша вздрагивает, в кофейных глазах мелькает испуг. Молчит.
- А что, нельзя было? – вместо нее отвечает Макс.
- Почему не предупредила? – продолжаю на нее давить, игнорируя выпад друга.
- Ты тоже не предупреждаешь, когда уезжаешь, - дрожащим голосом отвечает она.
Ух ты! Смело!..
- Грех…
- Да ты дом-то хоть на охрану поставила? - поставив один локоть на стол, немного подаюсь в ее сторону.
Она шарахается, как от прокаженного.
- Поставила. Мне Герман Дмитриевич показывал, как.
- Ну, смотри, если нас обворуют…
- Сань, ты за@бал... – шипит сбоку Макс.
- Саша, я выбрала! – вдруг звонко восклицает Алинка, - вафля с клубничным джемом и зеленый чай без сахара.
Глава 15.
Я сижу как на углях. Желание встать и покинуть эту чудную компанию так велико, что сдерживаю себя только усилием воли. Лицо и шея горят огнем, вкуса лимонного мороженого вообще не чувствую.
Как он здесь оказался?! И зачем приехал?
Алина изо всех сил старается аккуратно есть свою вафлю, выходит паршиво. Крошки сыплются на стол, джем пачкает пальцы.
Макс злой как черт. Буравит взглядом своего друга, скрипит зубами. Одному Греховцеву все нипочем, развалившись в стуле, лениво ковыряется в своем айфоне.
Я рассматриваю стремительно тающее в моей креманке мороженое и мысленно умоляю Максима меня отсюда увести.
Звук входящего сообщения воспринимается мной как звонок с урока. Схватив рюкзачок, достаю из него телефон и тычу пальцем в экран.
«Какое на тебе сегодня белье?»
Чувствую удар в грудь, поперхиваюсь воздухом и делаю жадный вдох.
Никто за столом этого не замечает. Никто, кроме Греховцева. Нет, он не смеется и даже на меня не смотрит, а все так же с невозмутимым лицом смотрит в экран телефона.
Козлина.
Я так и знала, что он не оставит тот случай без внимания. Будет издеваться, пока не надоест.
Только я ему такой возможности предоставлять не собираюсь.
Кладу телефон экраном вниз и подцепляю ложечкой мороженое. Подхватываю губами, вкуса не чувствую. С трудом проглотив, отодвигаю креманку. Не могу.
Смартфон снова пиликает, но я делаю вид, что не слышу.
