Где-то пятый век до нашей эры.
– И где же такое чудо? – заинтересовалась Елена Ивановна.
– Вы не поверите – в центре Анапы, – Саша рассмеялся. – Практически в двух шагах от городского пляжа. Уверяю, вас ждут весьма любопытные находки. А мудрость старых гор оставьте горам. Не выпадет из них ничего такого, что продвинуло бы нас по пути цивилизации. – Он откинул волосы со лба и посмотрел на несколько ошарашенных супругов. – И ещё могу поделиться координатами ещё пяти-шести городищ примерно третьего-второго веков до нашей эры. Все на территории СССР. Кстати, вот это, – Сашка протянул старшему Рериху стальной браслет, – кара самого Льва Пенджаба. Правда, я не очень знаю, кто это такой, но, если судить по сикхам, мужик был серьёзный.
Николай Константинович благоговейно взял потёртое металлическое кольцо, оглядел его и передал Елене Ивановне, как вдруг заметил скользнувший лучик отражённого света. Он с интересом посмотрел на Белова и тот, нимало не чинясь, показал Рериху прозрачный камень размером с половину кулака взрослого человека.
– Не знаю, что это за каменюга, – пояснил он, – но мне приглянулась. Огранка ещё такая… необычная… Хотите разглядеть получше? Пожалуйста… Николай Константинович, с вами все в порядке? – встревожился Сашка, увидев, как у великого художника и философа медленно отваливается челюсть.
На мгновение Белову показалось, что у Рериха-отца случился инсульт. Взгляд Николая Константиновича остекленел, а изо рта вырвалось что-то вроде: «Ы-ы-ыгха… О-о-о?..»
В одно мгновение Сашка оказался возле старого художника и подхватил его под мышки…
– Елена Ивановна! Николаю Константиновичу плохо!
Та подскочила вспугнутой курицей и кинулась к мужу, но тот уже приходил в себя. Он судорожно сглотнул и наконец выдавил:
– Простите, Тёмный, но откуда ЭТО у вас?..
Одновременно с его словами Елена Рерих впилась глазами в прозрачный камень. Очень осторожно, словно бы это был неразорвавшийся артиллерийский снаряд, он взяла его из рук мужа и тоже вдруг судорожно сглотнула, а потом прикрыла рот рукой.
Сашка помолчал, удивляясь изумлению Рерихов, а затем сообщил, что камень ему достался совершенно случайно. Он подобрал его в одном из разрушенных храмов, когда шел вместе с отрядом восставших неприкасаемых. О том, кто разрушил храм и что случилось с теми браминами, что пытались его защитить, Белов благоразумно умолчал."
"– …Он лежал в старом бронзовом ларчике, очень простом на вид, прямо под алтарем.