Александр, сражаясь, как всегда, в переднем ряду, со всей своей стремительной яростью пробивался к Пору. Он видел раджу, сидящего на слоне. Но Пор был далеко, огромные массы воинов защищали его.
Неизвестно, сколько часов бились в неистовой схватке. Ослепшие от раскаленного зноем неба, оглохшие от звона копий и щитов, македоняне не видели конца битвы. Стало совсем трудно, когда Пор двинул на них хрипло ревущую силу слонов. Лошади в ужасе, не слыша всадника, бросились от этих чудовищ, ломая строй. Слоны врывались в гущу войска, топтали людей, били хоботом, клыками…
Но македоняне не отступали. Фаланга, разбросанная слонами, мгновенно соединялась и, пропустив слонов, снова шла на врага. Македоняне разбегались от разъяренных животных, но, отбежав, осыпали их стрелами или, подкравшись сзади, подрубали топорами жилы на ногах. Обезумевшие от ран, потерявшие своих вожаков, слоны с воем носились по полю, давили и индийцев, и македонян. Тяжело раненные слоны падали и умирали. Они лежали серыми глыбами среди убитых воинов, лошадей и разломанных колесниц…
Раджа Пор увидел, что проигрывает битву. Он собрал еще сорок слонов и сам на своем могучем слоне двинулся вместе с ними, чтобы сразу растоптать и уничтожить македонян. Но это ему не удалось – он еще раз ошибся. Легкое, ловкое войско стрелков, агриан и аконтистов, увертывалось от слонов, осыпая их стрелами. А в это время в одном конце поля вокруг Александра собиралась конница, строилась фаланга. А на другом конце становились в строй щитом к щиту гипасписты – щитоносцы.
Индийцы поняли, что погибли. Началось бегство. И раджа Пор повернул своего быстроходного слона.
Александр тотчас помчался в погоню. Он гнался за ним не с тем, чтобы убить его; он боялся, что старого Пора, который так отважно сражался, убьют свои же, как убили Дария. Он хотел взять Пора в плен живым, – отвага этого старого человека поразила Александра.
– Остановись! – кричал он, хотя знал, что Пор его не слышит. – Остановись, я больше не враг тебе!
И тут он вдруг почувствовал, что могучий Букефал зашатался под ним. Александр соскочил с коня:
– Что ты, друг мой? Что с тобой, Букефал?!
Конь повел на него налитыми кровью глазами, ноги его будто запутались в невидимых путах, и он рухнул на землю, весь мокрый от пота и пены.
Александр закричал, положив руку на его широкий, с белой отметиной лоб:
– Букефал! Букефал!
Конь глухо и коротко простонал. Потянулся было к Александру, но уронил голову на жесткую, затоптанную траву и затих.
Александр не хотел верить тому, что случилось.
– Букефал! – повторил Александр, стоя над ним. – Ну что же ты лежишь? Вставай! Друг мой, кто же мне заменит тебя?
Александр снял шлем. Он вытирал рукой пот, размазывая по лицу пыль. И все еще никак не верил, что Букефал уже не встанет.