Три исторических романа о судьбах героев Древней Греции. Молодой сын Зевса ищет свое место в мире, разгадывая тайны прошлого. Эпическое повествование о подвигах и любви на фоне величественных событий древнегреческой истории. Произведения классика русской литературы для читателей всех возрастов.
Раздел Chitat.online для книги «Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Три исторических романа о судьбах героев Древней Греции. Молодой сын Зевса ищет свое место в мире, разгадывая тайны прошлого. Эпическое повествование о подвигах и любви на фоне величественных событий древнегреческой истории. Произведения классика русской литературы для читателей всех возрастов.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Лев Петрович Дурасов Детские книги Детская проза подборки серии
Три исторических романа о судьбах героев Древней Греции. Молодой сын Зевса ищет свое место в мире, разгадывая тайны прошлого. Эпическое повествование о подвигах и любви на фоне величественных событий древнегреческой истории. Произведения классика русской литературы для читателей всех возрастов.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А когда туман рассеялся, эллины увидели, что персидский флот уже стоит у Фалер.
Вскоре к морю, к Фалерской гавани, подошли и сухопутные персидские войска и на глазах у эллинов заняли весь берег. Было видно, как они, разделившись на отряды, ставят палатки, носят воду, зажигают костры…"
"И еще эллины увидели, как персы поднялись на гору Эгалеос. Они принесли и поставили на выступе скалистого кряжа царский трон под золотым балдахином – оттуда был виден почти весь Саламинский пролив и царь Ксеркс мог наблюдать движение эллинских кораблей.
Неодолимый страх снова прошел по эллинским лагерям. Бежать! Уходить, пока не поздно! Смерть, гибель стоит перед глазами!..
И снова крики военачальников со всех союзных кораблей:
– Еврибиад! Веди нас на Истм! Идем на Истм! На Истм! Там все наши сухопутные войска! На Истм!
Афиняне молчали. Фемистокл обратился было к Еврибиаду, чтобы напомнить о его решении. Но Еврибиад закричал на него:
– Я достаточно слушал тебя! Что нам защищать здесь? Пустой город? Да и города-то уже нет. Смотри!
В той стороне, где стояли Афины, небо чернело от дыма. Фемистокл замолчал, спазма сдавила горло. Горит Акрополь!
– Сегодня ночью мы уйдем на Истм, – сказал Еврибиад. – Отдайте приказ рулевым, пусть будут готовы. Нам незачем ждать, чтобы персидские корабли подошли и уничтожили нас.
– Это твое окончательное решение, Еврибиад? – спросил Фемистокл.
– Да, окончательное, – резко ответил Еврибиад, не глядя на Фемистокла, – и больше не приходи ко мне со своими предложениями. Нам незачем погибать из-за афинских развалин. Мы будем защищать Пелопоннес. Готовь к отплытию свои корабли.
– Ты не афинские развалины отдаешь врагу, – сказал Фемистокл, – ты отдаешь Элладу!
Но Еврибиад отвернулся от него.
– Так, значит, идем на Истм? – тревожно спрашивали афинские военачальники, когда Фемистокл с удрученным видом вернулся на свой корабль.
– Нет, – твердо сказал Фемистокл, – мы не уйдем отсюда. Если союзники покинут нас, мы останемся у Саламина. Властью стратега, данной мне Афинами, я приму битву здесь, у Саламина, без них.
– Фемистокл, нам одним будет трудно выстоять! И наш эллинский флот во много раз меньше, чем персидский. А если уйдут пелопоннесцы…
Фемистокл, занятый важной мыслью, которая сейчас пришла ему в голову, остановил их:
– Подождите, подождите… Есть еще одно решение. Дайте мне додумать…
Военачальники переглянулись понимающим взглядом и отошли. Их «хитроумный Одиссей» обязательно что-нибудь придумает.
Фемистокл позвал к себе Сикинна:
– Могу ли я доверять тебе, Сикинн?
– Господин, не обижай меня, – ответил Сикинн, – ты знаешь, что я предан тебе и твоей семье. У тебя есть основания сомневаться в моей верности – я перс. Но, кроме того, я твой преданный слуга, Фемистокл.
