Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина — читать онлайн бесплатно полностью

А когда у дельфийских жрецов не было уверенности в том, какой дать совет, они давали его с двойным смыслом: можешь так толковать прорицание, а можешь иначе. А если прорицание не сбудется, сам виноват. Значит, неправильно истолковал божье слово.

Поэтому в Дельфах обманывать не боялись.

Смерть Аристодема

Вскоре еще одно зловещее предзнаменование поразило мессенцев. В Итоме стояла медная статуя богини Артемиды со щитом в руке. И случилось так, что этот щит отвалился и упал на землю.

– Артемида бросила щит! – в ужасе повторяли мессенцы. – Она больше не защищает нас! Близится наша судьба, предсказанная богами…

Аристодем, глубоко опечаленный, решил умилостивить богов, принести жертву Зевсу. Зевс-громовержец, могучий бог. Пусть он заступится за Мессению, пусть поможет отстоять свободу!

Жрецы совершили обряд жертвоприношения, зажгли на жертвеннике огонь. Бараны, приведенные для жертвы, смирно стояли рядом.

Но когда их хотели подвести к жертвеннику, чтобы пролить в огонь их кровь, бараны словно взбесились. Они начали биться рогами о жертвенник и до тех пор бились, пока не упали мертвыми.

В глубоком и тяжелом молчании разошлись мессенцы по домам.

Бог не принял жертвы. Защиты нет. Бороться бесполезно – Зевс на стороне Спарты: ведь они первыми положили треножники!..

Однажды ночью по всей Итоме вдруг завыли собаки. Пораженные мессенцы вышли из домов. Они увидели, что собаки собрались в стаю и воют на залитой лунным светом площади. К утру они умолкли и ушли из города. Пастухи, пасшие стада на склонах горы, следили за ними – куда пойдут собаки?

Собаки ушли по дороге в Лаконику. Они покинули Мессению.

Это странное, тяжелое предзнаменование лишило мессенцев последних надежд. Они забыли о том, как побеждали спартанцев в боях, как гнали их до самой лаконской границы… Уже ничто не могло вернуть им отвагу. Бог против них – значит всякая борьба напрасна."

"И Аристодем не выдержал, мужество его сломилось. Он больше не мог успокаивать и ободрять народ, потому что пал духом и почувствовал себя бессильным. Поддержать его было некому. Жрец Эпебол, так и оставшийся до конца враждебным ему, словно радовался, что такие страшные, угнетающие дух приметы одна за другой являлись в Мессении. И кто знает, не с его ли помощью вошел в храм Зевса-Итомата спартанец со своими глиняными треножниками?

Аристодем, как и все древние греки, верил в сны, верил, что это боги предупреждают о чем-нибудь человека или предсказывают его участь. Он жил в эти дни с глубоко омраченной душой. И неудивительно, что ему приснился тяжелый, зловещий сон.

Аристодему снилось, что он собирается на войну.