В мирном ужгороде древних дней предстает Саламин - сын Зевса. Здесь пьют вино, строят крепости и сплетают страшные заговоры за закрытыми дверями. Аттикус, живой и мрачный, рассказывает о битвах на поле и интригах в коридорах дворца, где смерть может ждать даже самого могущественного героя. В стенах этой книги слышится рокот волн, звучат шаги легендарных воинов, а воздух кипит от ожесточенных драконьих нападений....
Владельцы земель в Мессении требовали собрать войско и разгромить Эйру.
Аристомен предпринимал все более дерзкие набеги. Однажды он поздним вечером спустился со своим отрядом с горы. Скорым шагом они прошли прямо в Лаконику. На рассвете они неслышно вошли в лаконский город Амикла. Жители спали, никому не могло прийти в голову, что Аристомен может явиться сюда.
Но Аристомен явился. Мессенцы разграбили город и ушли, исчезли с первыми лучами зари.
Тотчас из Амиклы помчались в Спарту гонцы. Но когда из Спарты пришли военные отряды, Аристомен уже был далеко.
Так проходили годы. Очень трудно жилось мессенцам на Эйре. Но они терпели. Лучше терпеть невзгоды свободными, чем ходить в ярме у спартанцев.
Аристомен по-прежнему не давал покоя Спарте, нападал то на один город, то на другой. Его отряд пролетал по Мессении, появлялся и в Лаконике. Спартанцы старались подкараулить Аристомена, поймать. Они проклинали его всеми проклятиями, устраивали засады в густом маквисе, в рощах, на дорогах.
И наконец поймали.
Спартанцы окружили отряд Аристомена. Сила их была вдвое больше, даже оба спартанских царя были здесь.
Произошла жестокая схватка. Аристомен старался пробиться из окружения. Он был весь изранен, но продолжал сражаться со всей яростью, которая кипела в его сердце…
Может, и вырвался бы. Но кто-то ударил его камнем по голове, и Аристомен упал.
И как только он упал, спартанцы бросились на него толпой, навалились на него, связали. Им больше всего хотелось захватить его живым, чтобы потом казнить мучительной казнью.
В Спарте ликовали. Война окончена навсегда, мессенцы покорены и уничтожены, Мессения захвачена, Аристомен в плену. Смерть Аристомену, немедленная смерть!
– Как же казнить его? Как его казнить, чтобы смерть его была самой мучительной?
– Бросить в кеаду. Мучительней смерти, чем эта, нет.
В Греции, как и во всякой горной стране, бывали страшные дни, когда молнии раскалывали небо и горы и земля грозно сотрясалась, разрушая деревни и города.
"Зевс затихал на своем Олимпе. Над Элладой снова сияло лучезарное небо, и теплое море излучало синеву у изрезанных заливами берегов. Города и деревни вновь отстраивались.
