В мирном ужгороде древних дней предстает Саламин - сын Зевса. Здесь пьют вино, строят крепости и сплетают страшные заговоры за закрытыми дверями. Аттикус, живой и мрачный, рассказывает о битвах на поле и интригах в коридорах дворца, где смерть может ждать даже самого могущественного героя. В стенах этой книги слышится рокот волн, звучат шаги легендарных воинов, а воздух кипит от ожесточенных драконьих нападений....
Но он не мог понять, что они ему отвечали…
Вскоре после этого начались бедствия.
Городок Эйра не вмещал всех мессенцев, бежавших от лаконцев. Много их поселилось за стенами городка по склону горы, на берегах Неда.
Здесь, недалеко от Неда, пас коров пастух. Этот пастух бежал из Лаконики от своего хозяина, богатого спартанца Эмперама. Но теперь, видя, что жизнь у мессенцев не сулит радостей, стал думать, как бы ему заслужить прощение Эмперама и вернуться в Лаконику.
Мессенские женщины ходили на реку за водой.
Потом пастух стал приходить к ней в гости и все высматривал, хорошо ли укреплен город. Охраняется ли? Сам он в город войти не мог, потому что, кроме мессенцев, туда никого не пускали.
Город был укреплен и хорошо охранялся. Муж этой женщины каждую ночь уходил в дозор.
Однажды пастух поздно вечером отправился на гору. Шел сильный дождь, ноги скользили, идти было трудно. Но пастух, привыкший и к жаре, и к холоду, непогоды не боялся.
«Приду – обсушусь, обогреюсь, – думал он, – а что дождь и тьма, так это еще лучше, меня никто не увидит».
Он подошел к знакомому дому и остановился.
В окне горел свет, и слышались голоса. Пастух подкрался, заглянул в окно. Он тотчас увидел мужа, который сидел и сушился у огня.
«Почему он дома? – удивился пастух. – Ведь сегодня его очередь сторожить!»
Он приник к окну и стал подслушивать. Ливень так шумел, что пастух мог не опасаться – в доме его услышать не могли. Зато ему было хорошо слышно, о чем говорил мессенец со своей женой.
– Льет как из бочки, – говорил он, – никаких сил нет стоять на стене.
– Тебя на всю ночь отпустили? – спросила жена. – Или ты пришел только отогреться?
– Мы сами себя отпустили, – ответил муж, – не я один ушел, все ушли. Да и кто вздумает прийти на Эйру в такую ночь? Сейчас опасаться нечего."
"Пастух, услышав, что городские стены остались без стражи и никем не охраняются, тотчас ринулся бежать.
