Чтобы наладить все, поставить на поток, как было раньше, ликвидировать врагов, а потом со спокойной душой передать автобизнес Владу и Еве.
Черт! Не хотел же заниматься этим!
Но бросаю взгляд на миниатюрную фигурку феи, кошусь на озорного малыша рядом и поднимаю трубку. Пора встряхнуться от четырехлетней пыли. Разберусь с проблемами – и с чистой совестью буду покрываться новой.
– Да, Влад, что там с Меркуновой? – говорю при Еве. Все-таки будущая совладелица.
Но она странно реагирует. Вздрогнув, роняет ложку. Виновато смотрит на меня, когда я встаю из-за стола и подхожу к ней, чтобы помочь. Замирает, случайно столкнувшись со мной плечом.
– Тимур, советую тебе поговорить с Евой об этом. Прежде чем переписывать на нее долю. И узнать больше о ее муже, – летит из динамика, и Ева бледнеет. Услышала?
Подаю ей «сбежавшую» ложку. Мы слегка соприкасаемся пальцами, отчего по коже проносятся слабые импульсы, встречаемся взглядами.
Она что-то скрывает, но готова признаться. Я же оставляю ей время подумать, а сам выхожу из кухни, чтобы закончить разговор с Владом.
Закрываюсь в кабинете, по привычке тянусь к ящику стола, почти дотрагиваюсь до фоторамки, которую храню там, в глубине, вдали от посторонних глаз. И как можно ближе к себе. Вот уже четыре года. Но останавливаюсь. Впервые. Сжимаю ладонь в кулак, одним толчком задвигаю ящик.
Именно сегодня что-то тормозит меня. Невидимые нити, прочно связавшие меня с прошлым, рвутся по одной. Я все еще цепляюсь за них, пытаюсь сохранить, скрепить. Но рядом с узелками возникают новые надрывы.
Я больше не могу игнорировать настоящее.
Краем глаза замечаю у ноутбука небольшой горшочек с колючим растением, которого вчера здесь точно не было. Он выглядит случайным путником, заблудившимся в дороге и оставшемся на ночевку. Слишком выбивается из строгого, делового и немного небрежного стиля моего кабинета. Да и почему именно кактус? И зачем он мне? Ответов нет. Знаю лишь одно... Так облагородить мое рабочее место мог единственный человек.
– Ева, – усмехаюсь тихо. И слышу кашель в трубке. Влад напоминает о себе.
Откидываюсь на спинку кресла, не сводя глаз с дурацкого кактуса.
– Рассказывай, Влад, что ты выяснил?
Глава 31
Ева
Раскалываюсь пополам. Одна часть меня в панике хочет сбежать отсюда, пока очередной мужчина не прогнал меня с позором и, возможно, руганью. В ночь. С ребенком. Опять…
А другая – машинально выполняет заложенную в голову и сердце программу «робота-жены». Руки действуют на автомате. Взбивают пюре до воздушной массы, накладывают горочкой на тарелку, рисуют узоры ложкой. Нос вбирает аппетитный запах запеченной курочки, но желудок не реагирует. Наоборот, живот сводит спазмом от страха.
– Мам, кожа, – кривится Владик, тычет пальчиком в свою тарелку.