В темном доме хлопает дождем. Макар ставит собственные крепкие условия — и ты стоишь на пороге, сжимая ладонь в бисерные гребенки, не готовый ни к чему другому. Словно зверюга надзирает тебя холодным взглядом из-под обвисших бровей. Эта книга — шокирующая история о противостоянии и искушении выбора, где дождь заставляет чувствовать себя совсем не человеком....
– Нельзя жить в таких лачугах, – в сердцах выпаливаю я.
– Не всем повезло в жизни как тебе! – женщина тычет рукой в дорогие дома, туда, где живу я.
– Кто-то родился с золотой ложкой во рту, а кто-то ни с чем!
– Ладно, прости! Я Макар.
– Лика. Спасибо тебе Макар за моего сына. Теперь я твоя должница.
– Идёт! Кстати, меня здесь не было. Сама выбралась! – сажусь на Харлей, уезжаю.
Разборки с полицией мне ни к чему. Родителям не объяснишь, зачем рисковал жизнью. Отец за подобный «героический» поступок три шкуры спустит.
Ведь я его единственный наследник, и не имею права рисковать собой.
Глава 31
Настоящее
Макар
Поговорив с менеджером Кариной, выхожу из кабинета Максима, иду по дому в поисках любимой.
– Юлю не видела? – интересуюсь у Алисы.
– У себя, – показывает на второй этаж.
Поднимаюсь в нашу комнату. Как в нашу? Огромный дом в нашем распоряжении, а мы втроем ютимся в комнате Юльки, которую она когда-то в прошлом отжала у меня.
Захожу и подвисаю в пространстве и времени.
Юля вся такая красивая в синем облегающем платье, стоит перед зеркалом, укладывает волосы.
– Куда собралась?
– В кино, – улыбается мне одному голубыми лучистыми глазами. Согревает меня, ласкает, убаюкивает, усыпляет бдительность. Околдовывает, одним словом.
Забываю моментально обо всём, что случилось сегодня с моим миром. Подхожу к любимой сзади, прижимаюсь грудью к ее спине, обнимаю нежно, укладывая руки на живот.
– Я говорил тебе как сильно я рад, что в моей жизни случилась ты?!
– Нет.
Делаем вид, что не было этих слов. В нашей семье не принято вспоминать ту историю.
Однажды я пытался поднять тему, извиниться перед Ириной, но она отбрила меня.
– Теперь у нас есть Сашенька. Бог восполнил потерю.
Может, она и права…
Убираю волосы с тонкой шеи Юли, целую сладкую бархатную кожу.
– Как прошло общение с редакцией АТС? – неожиданно вспоминаю.
– Они отказали в печати, написали, что ситуация на рынке изменилась. Бумага и услуги издательств подорожали.
– Милая, не понимаю, зачем тебе нужны посредники? У тебя есть деньги, чтобы напечатать тираж в сто миллионов экземпляров, и раздать бесплатно каждому желающему и нежелающему.
Юля недовольно фыркает.
По-прежнему держу ее в захвате своих огромных рук.
Она у меня девочка не маленькая, хоть и хрупкая, но глядя в зеркало меня пробирает смех.
