В темном доме хлопает дождем. Макар ставит собственные крепкие условия — и ты стоишь на пороге, сжимая ладонь в бисерные гребенки, не готовый ни к чему другому. Словно зверюга надзирает тебя холодным взглядом из-под обвисших бровей. Эта книга — шокирующая история о противостоянии и искушении выбора, где дождь заставляет чувствовать себя совсем не человеком....
Обычно спокойная, сосредоточенная сейчас она будто рассыпается у меня на глазах. Перед ней мужчина в белом халате, которому она не должна врать. Она ему доверяет самое ценное, что у нее есть – жизнь ребенка.
Усаживаемся в кресла.
– Поздравляю! – Марк протягивает мне руку.
– С чем? – недоумеваю.
– С отцовством! Юля написала, что уже восемь недель.
– Простите, – дарю драгоценной женщине благодарный взгляд. – Эти треволнения меня выбили из колеи.
– Понимаю!
Мужчина перестает улыбаться. Видимо, на этом обмен любезностями закончен.
Надевает очки, погружается в монитор. Чем дольше он смотрит, тем больше хмурится.
Юлька хмурится с ним в такт.
А меня начинает колотить крупной дрожью от всей этой ситуации.
Зачем нагнетать? Скажи, как есть. Мы – родители. Должны знать правду, какой бы она не была!
– Анализы ухудшились, – удрученно кивает головой.
– Будет курс лечения? – Юля вся дрожит.
А я ни хрена не понимаю, о чем они говорят, но чувствую, что Юлька держится из последних сил.
Не знал, что ее сила распространяется только на реал.
Жена меняется у меня на глазах.
– Вы прислали график наблюдения, когда и какие симптомы за этот период были у Саши?
Какие на хрен симптомы?
– Да. У Вас в почте, – никогда не слышал от Юлии подобной безжизненной интонации.
– Так, Яшина! – врач снимает с носа очки. – Приказываю взять себя в руки. Мы всё пройдём вместе! Тем более в нашем полку прибыло.
– Постараюсь, – мямлит невнятно.
Через полчаса возвращаемся к себе в палату. Абсолютно не уверен, как вести себя с «такой» потерянной Юлей, но точно знаю, что нужен ей.
Нежно беру ее руку в свою, крепко зажимаю, обозначая себя.
Вечером после ужина играем с Сашкой в слова. Он теребит маму:
– Скоро домой? Когда поедем на океан к папе?
– Сынок, – жена бессильно опускает руки, бросает на меня взгляд, требующий помощи.
* * *– Сынок, – беру ребенка на руки, ношу по палате, как самую большую драгоценность. – Как только нас отпустит доктор, так и поедем.
Расстроенная мордашка сына корёжит мое нутро. Ищу выход из ситуации. Решение приходит неожиданно.
– Хочешь, расскажу про орков?
– Ага! – в голубых глазах горит огонек неподдельной тяги к жизни и знаниям.
– Существует несколько легенд о рождении клана орков. По одной – их создали эльфы, чтобы использовать в боях. По второй…
Мой рассказ длится ровно столько, пока светлая сонная головка не склоняется мне на плечо.
