Поезд древний и скрипучий, составлен из разнородных вагонов — от общих до плацкартных. Колеса бодро хлопочут по путям, ускоряясь с каждым километром. Вокруг лишь безымянный полустанок и бесконечная серость степной простор, наполняя атмосферу тихой тревогой.
Отпрянула, шумно выдохнув:
– Черт, в самое сердце… – Голос задрожал.
«Эта пуля, кажется, предназначалась мне», – мелькнула интересная мысль.
– Рита, бегите за мной, не лезьте вперед батьки! – Алексей кинулся дальше, рисуя корпусом причудливые геометрические узоры. Женщина не отставала, глухо ругалась на бегу. Алексей прекрасно знал, что значит потерять товарища, с которым съел пуд соли. Этой женщине можно только посочувствовать…
Их скорость явно превышала скорость преследуемых объектов. Он сменил обойму на бегу, поедал глазами окружающее пространство.
– Рита, рассыпались! – крикнул он, отворачивая в сторону.
– Капитан, я их вижу! – воскликнула Рахимович. – Вон там, левее, бегут через полотно!
Он первым пробился сквозь кустарник, выбежал к железной дороге.
Припозднились, черт возьми! Преступники уже перебрались на ту сторону, залегли за рельсом, стали стрелять одиночными. Их замысел стал ясен, как божий день. Со стороны вокзала приближался товарняк! Он шел на запад, без остановки в Уварове. Гремели вагоны, трубил паровоз.
– Рита, не высовываться! – А сам уже катился со склона под первую насыпь, ползком взбирался к шпалам, рискнул высунуться. Двое лежали на позиции, простреливали пространство.
Поезд приближался. Когда до него оставалось метров сто, бандиты откатились и кинулись наутек. Алексей гнал отчаяние подальше, голова должна думать, а не в истерике биться! Там два проулка между пакгаузами, преступники пойдут тем, что левее, но если хорошенько припустить по правому…
Состав уже гремел по рельсам.
Рита скатилась со склона, карабкалась наверх. Он схватил ее за плечо, придержал. Потом прыжками отправился через рельсы. Внизу никого уже не было – ушли, гады…
Он скатывался вниз, волоча за собой осыпь из гравия. Строения расступались, образуя узкий проулок.
