А то натворит дел — не разгребешь.
Воробьев часто-часто закивал, всем своим видом выражая полнейшее повиновение. Нет, все же не глуп, решил я. Послало же Провидение мне в помощники авантюриста, который еще сам не осознал до конца своей истинной сущности.
Я быстро пересек кухню, стараясь держаться ближе к стене. Джек, как и было велено, следовал на несколько шагов позади.
Крики в коридоре уже давно стихли. Я осторожно выглянул в общий коридор нижнего уровня. Пусто. И вправо до самой дальней стены, и влево — никого. Две широкие лестницы, ведущие на верхний ярус, располагались в самом центре коридора. Удивительно, но стрелки не выставили караульного внизу. Впрочем, может, у них попросту не хватало людей?..
Придется рисковать. Я проверил оружие. Револьвер, нож-бабочка и уже привычный «дырокол». Стрелять на борту цеппелина, даже из револьвера, не говоря уже о «дыроколе», я опасался, как и всякий разумный человек. Если рванет хотя бы один-единственный баллон с водородом, то дирижаблю и всем, кто находится на его борту, конец. Строители воздушных судов давно хотели заменить водород гелием, но все никак не могли договориться с франко-бриттами, которые контролировали единственное известное месторождение за океаном.
И все же нужно проверить, не притаился ли кто-то из стрелков на нижнем уровне или в одном из смежных помещений.
Джек словно подслушал мои мысли. Пока я осматривал коридор, не решаясь в него выйти, он приблизился ко мне и предложил:
— Можно я пойду первый? Меня никто не заподозрит.
Что ж, хочешь рисковать — рискуй. Да и план показался мне разумным. В крайнем случае стюарда арестуют. Убивать парнишку им нет смысла.
Я кивнул, соглашаясь, и Воробьев обрадованно шагнул в коридор и тут же закрутил головой в разные стороны, изучая обстановку. Потом недоуменно пожал плечами, словно сомневаясь, а не придумал ли я всю историю, и смело пошел вперед. Нет, все же он глупец!
И тут же синхронно открылись двери туалетных комнат по обе стороны коридора, и два человека в знакомых мне плащах, служивших стрелкам своеобразной униформой, двинулись на перехват Джека. В руках они на этот раз держали не жуткие «томми-ганы», а крепкие на вид палки, утолщающиеся на конце, с удобными рукоятями. Я видел подобную дубинку однажды. Бита — вот как она называлась. Кажется, в колонии такие использовали для игры в мяч. Стюард угрозу заметил и поступил единственно правильным образом — развернулся и со всех ног бросился обратно в кухню. Стрелки молча кинулись за ним следом.
Я стоял слева от двери, и меня не заметили, когда Воробьев влетел в кухню и промчался мимо, а его преследователи не удосужились окинуть помещение даже мимолетным взглядом — настолько были уверены в себе, проскочили дверь не останавливаясь.