Догадываюсь, что и мой нынешний вид мог вызвать множество вопросов у стороннего наблюдателя.
Выла метель, бросая в лицо злой снег.
— На улице, недалеко от входа в унтербан. Я нашел тебя там, под землей. Хотел было бросить, ты был похож на мертвеца, но еще дышал. И я тебя вытащил.
— Ты вытащил меня? Оттуда? — Я недоверчиво вспомнил пройденный нами путь вниз. — Я твой должник, Джо.
— Никто никому не должен. Ты помог мне поквитаться с червем, я вытащил тебя. В расчете.
— Его разнесло на куски, Бреннер, обратно не склеить. Я лично видел. А проход намертво завалило. Ты молодец!
Я протянул ему руку. Джо пожал ее.
— Разбег. Я прямиком к Степану, доложу обо всем. Твою роль обрисую четко. Так что подваливай завтра, как договаривался с шефом. Он будет ждать.
— Спасибо тебе, Джо.
Здоровяк лишь пожал плечами и скрылся в метели.
Полицейские свистки все громче раздавались справа, поэтому я пошел налево. Через сотню шагов мне повезло поймать извозчика, который за скромную плату доставил меня на Блюменштрассе. Адрес, где мы спрятали мехваген, я помнил. К счастью, «Эгоист» был на месте. Я любовно погладил его по хромированному боку.
Нужно ли мне доложить властям о происшествии на станции и в туннеле? И с кем я должен связаться по этому вопросу? С императором? Так он вряд ли захочет меня выслушать. Или же с Беллой — но это дело не в ее компетенции. Поэтому оставим кесарю кесарево, пусть полиция сама разбирается во всем. А мне требовался отдых.
Поразмыслив, я решил вернуться в отель. Мне требовалось немногое: горячая ванна, крепкий сон и отсутствие визитеров.
Консьерж — тот же самый молодой человек с идеальной прической — кинулся мне наперехват через весь холл, чуть не поскользнувшись на мраморном полу.
— Господин Бреннер, подождите!..
Я сделал вид, что не слышу, и ускорил шаг, направляясь к ауфцугу. Объясняться по поводу своего внешнего вида и испорченной обстановки номера мне сейчас не хотелось.
— Господин Бреннер! — В голосе консьержа послышались такие истерические нотки, что я все же остановился.
Консьерж подлетел ко мне, раскрасневшийся от короткого забега, как девица на морозе.
— Если вы по поводу того небольшого беспорядка… — начал было я, но консьерж отрицательно замотал головой. Его прическа при этом не пострадала.
— Что вы, господин Бреннер, личная жизнь гостя нашего отеля — совершенно приватная сфера. В ваших апартаментах вы вольны делать что душе угодно.
— Так зачем же вы меня остановили? — удивился я.
— Я обязан вас предупредить: у вас в номере Гостья! — Он прямо так и произнес это слово, с большой буквы.
Вот так, только подумаешь о нежеланных визитерах, как они тут как тут…
— А что она там делает? — нахмурился я.