– Это же то самое! Я же его год назад в день рождения Маше подарила!
– Не ошибаешься? – тихо проговорил я.
– Точно! Мне ли не узнать?!
– …А стало быть, – продолжал голова торгового люда, – оба они не безгрешные агнцы и должны быть перво-наперво судимы у нас, коли уж туг изловлены. А потом и вам их можно выдать.
– Когда же суд? – поинтересовался я, больше стараясь выиграть время для оценки ситуации, чем действительно интересуясь датой этого знаменательного события.
– Так а чего тянуть, сегодня, поди, и осудят, – пожал плечами мэр. – Витязя вашего, чтоб неповадно было, казнят. Ну а малый-то по первой легко отделается – полсотни плетей всыпят и отпустят.
– А адвокаты? – Я ухватился за спасительную мысль, как утопающий за соломинку. – Адвокаты у них будут?
– А это что за птицы али рыбы такие? – искренне удивился городской голова.
– Ну защитники! – пустился в объяснения я.
– А! Кампионы! – расплылся в широкой улыбке городской голова. – Коли вы желаете, отчего нет?
Глава 12. Сказ о том, что только лошади летают вдохновенно
Бургомистр засуетился, разгребая ворох свитков, покрывавших стол перед ним.
– Сейчас, одну минутку! Где-то у меня тут кое-что было, – шаря по столешнице, приговаривал градоначальник. – Одну минуточку! А, вот! – Он торжественно вытащил из-под свитка нечто, весьма напоминающее рака с крошечным горном в клешнях. – Вот! Сувенир из Мурлюкии. Очень, знаете ли, полезная вещь, чтобы подчиненных к себе вызывать. Вот, глядите-ка!
Мэрский палец уперся в рачье брюхо, и несчастное членистоногое издало оглушительный свист, недвусмысленно выражая начальственную волю хозяина. Дверь кабинета распахнулась, и обладатель одной из тех самых пар глаз, что мгновение назад подсматривали за нами в щелочку, предстал на пороге, изгибаясь в подобострастном поклоне.
– А, каково?! – любуясь произведенным эффектом, обратился к нам городничий, уже значительно приветливее, чем в начале встречи.
– Впечатляет, – кивнул я.
– Ты вот что, – вновь принимая горделивую позу, обратился к слуге бургомистр вольного города. – Ступай, значит, к судьям да скажи, чтоб наряжались да собирались у Лобной плеши. Будем справедливые разборы чинить.
– Слушаюсь, – еще ниже склонился секретарь.
– Да скажи им, что за вчерашнего буяна этот самый… адовый кат нашелся. Из самой столицы.
– Простите, кто-с? – переспросил служащий.
– Ну, кампион по-нашему.
– А, понятно-понятно!
– Так вот, вели им, чтоб все надлежащим образом приготовили. И так, без оттяжек, как народ соберется, пожалуй, и начнем.
– Не забудьте привести к месту судилища арестантов, – почему-то очень тихо, но четко проговорила фея.
– Все сделаю-с, не извольте сомневаться-с! – заверил кабинетный хлыщ, поворачиваясь на каблуках.