Кудесница удовлетворенно кивнула, вновь собираясь раствориться в вихре праздничной круговерти, однако, на мою удачу, традиционным, а не магическим способом. – Делли! – остановил ее я. – Мы с Вадимом уезжаем в гостиницу. Завтра с утра будем тебя ждать. А сейчас ты не могла бы нас проводить, я хотел бы кое-чем поделиться.
– Да-да, конечно! – закивала встревоженная чародейка. – Спускайтесь вниз, сейчас я перепишу танцы и последую за вами.
Я молча кивнул, отпуская увлеченную пиршественной суетой подругу, и вновь направился к вызолоченной резной скамье, где мифическим Кощеем чах над златом могучий Вадим Ратников.
– Пошли! – бросил я, с натугой отрывая от пола набитую золотом горлатную шапку. – Делли сейчас нас догонит.
Путь к коновязи был недалек, но многотруден. То и дело, к великому неудовольствию Вадима, дорогу пересекали всякого рода индивиды праздничной наружности, скрывавшие под масками свои, вполне возможно, коварные лица. То слева, то справа, то со всех сторон сразу в парке что-то грохотало, а в небо с неясными намерениями взмывали яркие огни фейерверков. К тому же сшитые из мягкого меха боярские шапки хотя по емкости и были сопоставимы с небольшими бочонками, однако в транспортировке оказались существенно менее удобными. Толстая бобровая колбаса от плеча до пояса, набитая с верхом золотом, то и дело норовила извернуться и усыпать путь рачительных хозяев золотыми кругляшами. Но вот уже кони были совсем близко, и выражение глаз Вадима сменилось с яростно-неприступного на горделиво-возвышенное, как бывало с ним всякий раз, когда он видел своего бесценного синебокого жеребца.
– Владимирский централ, – между тем, нарушая скуку вынужденной парковки, утробно подвывал Ниссан, – ветер северный… – Все прочие оставленные у коновязи представители копытного братства с нескрываемым почтением поглядывали на экстравагантного самца, а пара молоденьких кобылиц и вовсе кидали на него недвусмысленные зазывные взгляды, полные томной нежности.
– Во дает! – восхитился знатный субурбанский коневод. – Ну, чисто…
Вадюня явно хотел развить обуревавшую его мысль, однако внезапный пронзительный крик за плечами заставил нас настороженно повернуться… С высокого дерева, росшего поблизости от стоянки благородных животных, в нашу сторону по широкой дуге летело нечто… Вернее, как выяснилось при ближайшем рассмотрении, некто. К глубочайшему моему огорчению, время этого самого «ближайшего рассмотрения» было очень ограничено, куда как меньше секунды. За этот отрезок коварная помесь Маугли с Питером Пеном выхватила пригоршню монет из шапки и взмыла вверх, чтобы в высшей точке траектории ловко перепрыгнуть на пятиметровую каменную стену, окружавшую дворцовый парк.