Вечером, под завораживающий звон часов, Валерий Андреевич начинает разговор о своем садовом хозяйстве. Мягкий свет луны играет на ярких красках летних фруктов, и в воздухе повисают нотки свежести и тепла дачного июля. В этот момент женщина понимает, что каждый плод может быть не просто вкусным, но и важной загадкой для сыскного бюро Ерожина....
Вам не приходило в голову, что в маленьких пакетах, кроме героина или другой подобной дряни вряд ли будут что нибудь перевозить за большие деньги?
– Приходило. Но мне почему то кажется, что это не наркотики. – Вяло возразил Тихомиров. Надя хотела спросить, почему он так думает, но в это время в дверь позвонил новый посетитель. Надя вышла к парадному и впустила в холл очень странного мужчину. Это был пожилой человек, слегка не бритый в старомодной шляпе, длинном плаще и черных войлочных ботинках на молнии.
– Могу я видеть генерала Грыжина? – Поинтересовался он, снимая шляпу и с интересом оглядываясь.
– Можете. Иван Григорьевич у себя. – Подтвердила Надя и заглянув в комнату, где сидели генерал и Пал Палыч, кивнула Грыжину. Тот вышел.
– Дядя Ваня, это к вам. – Сказала она генералу. Грыжин с плохо скрытым удивлением оглядел фигуру вошедшего. Таких людей в офисе он еще не видел. Они прошли в единственную комнатку, где некогда распологалась кухня прошлых жильцов.
– Здравствуйте, генерал. Меня зовут Семен Яковлевич Вишневский.
– Что это? – Спросил генерал.
– О содержании этого труда я обстоятельно Петру Григорьевичу ранее доложил. Он предупредил, что папка ему сегодня понадобится, и попросил меня принести ее и, до его приезда отдать вам. Что я с удовольствием и исполняю.
– Вы профессор Вишневский.
– Я вас, барышня, вижу впервые. Вы, как я понял, племянница генерала, но я вас раньше не имел чести знать. – Ответил Вишневский.
– С чего вы взяли, что я племянница? – Удивилась Надя.
– Не сложно догадаться, барышня. Ведь вы назвали генерала дядей Ваней. А если он ваш дядя, из этого следует, что вы его племянница.
– Вы ошиблись, профессор. Надя меня так привыкла называть. Надежда Ивановна не барышня, а супруга нашего директора Петра Григорьевича Ерожина.
– У вашего мужа отменный вкус. Но смею предположить, что и вам с супругом повезло. За заватраком в моей квартире, он меня очаровал. Такого обоятельного миллиционера я встретил впервые, а живу, мадам Ерожина, я на свете давно. Теперь о дяде… Вынужден заметить, что русский язык богат и точен. И слово дядя в нем имеет совершенно конкретный смысл. – Молвил профессор и поклонился:
– Обещаю впредь пользоваться русским языком осторожнее.
