Вечером, под завораживающий звон часов, Валерий Андреевич начинает разговор о своем садовом хозяйстве. Мягкий свет луны играет на ярких красках летних фруктов, и в воздухе повисают нотки свежести и тепла дачного июля. В этот момент женщина понимает, что каждый плод может быть не просто вкусным, но и важной загадкой для сыскного бюро Ерожина....
Если бы Нора не поддерживала его, он мог бы и упасть. Но это была удивительно приятная слабость. Профессор лег и прикрыл глаза. Нора положила ему на грудь свою голову и внимательным, настороженным взглядом, изучала его лицо:
– Тебе хорошо, милый?
– Очень хорошо, моя девочка. Я не помню, что бы мне когда-нибудь, было так хорошо. – Ответил он ели слышно.
– Ты просто забыл, глупенький. Теперь ты будешь всегда меня ждать. – Так же тихо сообщила Нора.
– Оставайся со мной. Не уходи. – Прошептал профессор.
– Не бойся.
– Да.
– Как ее звали? – Спросила Нора и, взяв профессора за руку, нашла слабый, неровный пульс его сердца.
– Эльза. – Слабым голосом ответил Фридрих Эдуардович и заснул. Нора встала, прошлась по комнатам, нашла в холле свою сумочку, достала из нее фотоаппарат и аккуратно, снимок за снимком сфотографировала все картины и мебель в профессорской квартире.
* * *Генерал Грыжин начинал свою службу в системе Внутренних Дел сельским участковым инспектором.
"Иван Григорьевич знал о женщине немного. Судя по рассказу Глеба Михеева, который был осведомлен о ней больше Ерожина, Марина Васильевна Понтелеева еще совсем недавно жила обычной московской пенсионеркой и подрабатывала дежурствами в общественной уборной. Как она стала женой академика, для их следствия пока оставалось загадкой. «А что если они познакомились в ее туалете. Академик мог там что-нибудь забыть».
