Вечером, под завораживающий звон часов, Валерий Андреевич начинает разговор о своем садовом хозяйстве. Мягкий свет луны играет на ярких красках летних фруктов, и в воздухе повисают нотки свежести и тепла дачного июля. В этот момент женщина понимает, что каждый плод может быть не просто вкусным, но и важной загадкой для сыскного бюро Ерожина.
Сейчас спустимся с тобой к водителю и занесем.
– Так я в халате. Не одета, я… в тапках. – Лепетала Марина Васильевна.
– Ладно, дверь подержи, мы сейчас все поднимем сами. Чемодан куда поставить? – Наседал Грыжин.
– Вот сюда в комнату занесите. – Ответила напуганная хозяйка и раскрыла дверь в маленькую комнату. Грыжин оставил чемодан, и быстро спустился по лестнице вниз. Марина Васильевна подошла к окну и увидела, как генерал с водителем добывают пакеты из багажника.
«Господи! А я в таком виде» – Застонала Марина Васильевна и побежала причесываться в ванную. Не успела она заколоть волосы, как генерал и его знакомый были уже в дверях. Поставив пакеты рядом с чемоданом, Грыжин обнял изумленного соседа:
– Спасибо Андреич, что вдову друга помог в столице отыскать. Будешь в наших краях, отплачу. – И не дав тому опомниться, сильно подпихнул его к выходу.
– Куда провиант прикажешь? – Обратился он к хозяйке, когда дверь за водителем закрылась.
– Я уж и не знаю… Зачем столько всего. У меня холодильничек маленький. – Заметалась Марина Васильевна, провожая Грыжина на кухню.
– Что же, Валерик тебе и холодильника нового не купил? Все же академик. Зарплаты у них приличные. – Удивлялся Грыжин, оглядывая скромную квартирку. Предположить, что тут живет богатая вдова академика, мог бы человек лишь с очень развитым воображением. Заметив, что женщина вовсе не сомневается в госте и озабочена лишь тем, что ее застали врасплох, Грыжин пришел ей на помощь:
– Ты, матушка, не суетись. Я пойду по Москве прогуляюсь, а через часок вернусь, и сядем за стол. Только, сперва позволь, переоденусь. Не люблю формой народ пугать. – Пробасил Грыжин. Комнатка, где стоял его чемодан, как то само собой отошла к гостю. Иван Григорьевич скинул парадную форму, по двум причинам. Во-первых, потому что разгуливать в ней не любил, а во-вторых, хотел быстрее приручить вдову. Вещи мужика, лежащие в доме женщины, работаю иногда сильнее, чем сам мужик.
Переодевшись в костюм, он тщательно проверил карманы форменных брюк с пампасами и кителя. Оставив там улику, изобличающую жителя Москвы, можно было все испортить. Во внутренний карман кителя он специально вложил генеральское удостоверение. В нем адреса не значилось, а карточка и штамп имелись. К тому же, Иван Григорьевич так пристроил документ, что бы понять, смотрели его или нет.
Район этот он хороша знал, поэтому заглянул в несколько магазинчиков, купил букетик астр для вдовы, большой круглый торт, и не спеша вернулся.
