Надеюсь, вытащу его скоро.
– Тогда я ужином займусь.
Мама прикрыла дверь, а Юля повернулась к сыну.
Вовремя, потому что он протянул ей мочалку в виде утенка и важно заявил:
– Мой меня.
Юля улыбнулась.
– Кто-то уже пытается командовать?
– Ага.
Серенька выглядел ужасно довольным, поднимая на пальчиках пену.
Они приехали домой под предлогом. Якобы как бы Демьян ни пытался обеспечить сына самым необходимым, есть игрушки, книжки, вещи, которые надо забрать.
Юле, кстати, тоже.
Демьян спокойно выслушал её доводы и согласился.
– Степан поедет с вами. Лариса Геннадьевна любезно согласилась разместить его в доме.
– Выделив диван в гостиной?
– Почему бы и нет? Или, ты думаешь, мой безопасник сахарный и не справится со столь сложной задачей, как провести несколько дней на диване?
С ними отправился не только Степан. Юля не оспаривала решение. Ещё одной случайности она допустить не хотела. Ей надо научиться смотреть на происходящее с ней с другой стороны. Видеть себя глазами тех, кто её хочет скомпрометировать.
То, что журналисты ей заинтересовались – факт. Поэтому следовало быть внимательнее.
А ещё она думала принять предложение Демьяна. Учёба ей не помешает. Новые знания всегда полезны. Пусть с ней позанимаются.
Она тщательно вымыла Сережу, поиграла с ним ещё немного.
– Давай, всё, поднимайся. Вода стынет.
Сережа потянулся к крану, потом передумал и, вцепившись тонкими пальчиками в борт ванной, поднялся. Юля заранее приготовила полотенце, в которое завернула сына и подняла на руки.
– Ух ты! Тяжелым каким становишься.
– Серрррьезно? – Сережа обнял её, намочив хлопковую футболку.
Юля порадовалась, что сын четче проговорил «р».
– Абсолютно.
Она поставила его на широкий пуф.
– Стой и не егози. Дай оботру тебя.
Серенька с самым стоическим видом позволил обтереть себя, закутать в халат и снова забрался к Юле на руки.
Она отнесла его в спальню. На кухне разговаривали Степан и мама.
Да, в их доме большие перемены.
Присоединяться к безопаснику Демьяна и родительнице она не планировала.
Ей хотелось провести время с сыном. Может, позже, когда уложит его спать.
– Теперь пижама.
– Нееее-е.
Это была одна из любимых игр Сережи и Юли. Раньше он часто шутливо сопротивлялся, когда перед сном его переодевали в пижаму. Он любил спать в трусиках, зачастую, даже без майки.
Ночь выдалась теплой, и Юля решила, что они обойдутся одними штанишками.
– Давай. Надевай. Сам.
– Нееее.
