Звуки вокруг затихли, оставляя лишь гул дождя за окном. Вера стояла у той самой переполненной воспоминаниями кровати и смотрела на массивный комод, где лежало записанное число, как будто подтверждая печальную правду: они больше не являются хозяевами своего дома. Воздух в комнате был пронизан тяжелым молчанием, словно время замерло, ожидая момента, когда сирена засланных времен прекратит свой громкий вой....
Молчание Тараса – ещё сильнее.
Вера тоже не спешила с разговорами.
Но один вопрос всё же не могла не задать:
– Тарас, что ты сказал Сивакову?
– Ты желаешь поговорить о делах?
Мужчина повернулся к ней, и снова у Веры сжался воздух в груди.
Почему они стали врагами? Почему смотрят друг на друга холодно и отдаленно?
Вера готова была рассмеяться сама над собой. Она сейчас серьезно? Вот правда? Она реально думает, что Тарас после того, что отец сделал с ним не без её участия, должен улыбаться ей?
Бред.
Чувство вины захлестнуло с новой силой.
Он получил их по её вине!
По её…
Тарас вел себя предельно сдержанно, каждое слово выверено, ничего лишнего себе не позволял. В отличие от неё, каждый раз скатывающейся в эмоции.
– Я бы хотела знать, что произошло. Пусть не дословно. Тарас, неизвестность – хуже всего.
– Мы должны были поговорить днем.
– А что нам мешает это сделать сейчас?
– Хм… В принципе, ничего, Вера. Ты права. Иначе мы так и будем ходить вокруг и около.
В машине поддерживался оптимальный климат-контроль, Вера не надела пиджак. Сейчас пожалела.
– Как интересно у вас выходит.
– У вас – это у кого? – в голосе Тараса послышались недовольные нотки.
– У мужчин.
– Конкретнее?
Горечь в горле мешала говорить, Вере не сразу удалось с ней справиться.
Девушка отвернулась от Тараса, не в силах на него смотреть.
Только вчера она узнала, что он жив, испытав при этом оглушающую радость. За сутки её эмоции в отношения Сабурова сменились кардинально.
– Что может быть конкретнее? Ты сам всё озвучил. Вы принимаете решения, не спросив меня. Конечно, понимаю, что меня никто в расчет не берет, но пока я управляющая заводом и активами.
– Ты, никто не спорит. Но спроси себя – пройдет ещё немного времени, ты вступишь в управляющую должность: какие будут твои действия? Ты знаешь, как управлять заводом?
Вера грустно улыбнулась, смотря на огни ночного города, мимо которых они проезжали.
– Я знаю, что не смогу управлять заводом. Это знают все, Тарас. Зачем меня тыкать носом?
– Затем, что ты не маленькая девочка. Ты выросла и должна понимать, что на тебе ответственность не только за свою судьбу, но и за судьбы других людей.
Слова Тараса били в самые больные точки. Он знал, что делает.
