Звуки вокруг затихли, оставляя лишь гул дождя за окном. Вера стояла у той самой переполненной воспоминаниями кровати и смотрела на массивный комод, где лежало записанное число, как будто подтверждая печальную правду: они больше не являются хозяевами своего дома. Воздух в комнате был пронизан тяжелым молчанием, словно время замерло, ожидая момента, когда сирена засланных времен прекратит свой громкий вой....
А ничего не происходило. Вера насторожилась. Что, черт побери, происходит? Глаза распахнулись самопроизвольно. Она снова хотела податься назад, но куда там. Напротив, давление на поясницу усилилось, даже стало немного больно. Бедра вдавились в ребро столешницы.
И тут Вера почувствовала новое прикосновение. Члена. Тарас дотронулся им до ягодиц… ниже… Внизу живота снова вспыхнуло пламя, закрутилась тугая спираль, готовая в любую секунду распрямиться.
Тарас распалял девушку. Та полностью расслабилась, готовая принять мужчину.
И снова ничего не происходило. Лишь дыхание мужчины потяжелело. Участилось. Секунда… вторая – на ягодицы и поясницу Веры брызнула теплая вязкая жидкость.
Глава 13
Вера открыла папку, бегло просмотрела документы, захлопнула её, встала, прошлась по комнате, потом вернулась в кресло и снова открыла папку.
Факты, подтверждающие право Тараса на часть компании отца.
Вера и не сомневалась в правдивости слов Сабурова.
Когда с его семьей случилось несчастье, и он осиротел, его отправляли в детдом.
Вера грустно улыбнулась, вспомнив те времена.
Она уже была влюблена в Тараса.
Сейчас, оглядываясь назад, Вера с горечью признавала: он бы не стал… Потому что он был их Тарасом. Только так. Добрый, отзывчивый парень, который нравился всем. Он с готовностью откликался на любую просьбу, был честен, открыт. Если ему что-то не нравилось, говорил об этом открыто, прямо.
С Барисовым у Тараса складывались нейтральные отношения. Оно и понятно. Отец Веры был скупым на эмоции человеком. Тарас никогда не переходил черту, не пытался сблизиться или занять место Веры.
Тарас с отцом иногда ссорились. Вера слышала крики. Тарас даже уходил из дома. Опять-таки как уходил… Уезжал к друзьям, не ночевал несколько дней. Отец сильно пылил и называл его щенком. Вере всегда хотелось броситься защищать его, но она молчала.
