Звуки вокруг затихли, оставляя лишь гул дождя за окном. Вера стояла у той самой переполненной воспоминаниями кровати и смотрела на массивный комод, где лежало записанное число, как будто подтверждая печальную правду: они больше не являются хозяевами своего дома. Воздух в комнате был пронизан тяжелым молчанием, словно время замерло, ожидая момента, когда сирена засланных времен прекратит свой громкий вой....
Все, кто мог помочь, при желании давно помогли бы. Потому что рейдерский захват проходил полномасштабно. Военные вошли и на завод, полностью остановив его производство. Информация появлялась в сети и сразу же пропадала. Хорошо работали люди, оперативно.
Большой бизнес только с виду кажется огромным. По факту тут все друг про друга все знали. Кто с кем дружит, кто с кем спит. Кто летает отдыхать с любовницей по пятницам в Москву, кто предпочитает проводить время за карточным столом."
"Поэтому Вера не сомневалась: если бы кто-то захотел ей прийти на помощь, давно бы пришел.
Явно не она.
Не дочка Барисова.
Родственники, которые могли бы помочь, тоже сразу открестились от неё, как только было оглашено завещание.
Вера снова посмотрела на тетю Раю. Та недовольно поджала губы.
– Я так понимаю, ты не в курсе.
– Чего именно? Тетя, пожалуйста, давай без этого… Мне и так тошно.
Тетя не спешила отвечать. Она продолжила хмуриться. Вера тоже не понимала её. Во взгляде женщины читалось осуждение.
И ещё что-то.
– Это телефон нашего Тараса.
Если Вера думала, что самое плохое в её жизни случилось, то она сильно заблуждалась.
* * *Девушка постаралась отреагировать адекватно.
Хотя о какой адекватности может идти речь, если рука с листком задрожала? Ещё немного – и пальцы разожмутся, а лист спикирует на пол.
Наш Тарас…
Так всегда было.
Наш…
Чувствуя, как в висках застучало, Вера сделала шаг назад и уперлась поясницей в подоконник.
– Это шутка такая? – выдохнула она, не в силах отреагировать иначе.
Идеально ухоженная бровь родственницы вздернулась кверху.
– Я похожа на шутницу?
– Извини, но… Нет, не похожа. Просто это… Это жестоко.
– Так. А ну-ка посмотри на меня, Вер.
Тетя подошла ближе, взяла девушку за плечи и встряхнула её.
– Приди, черт побери, в себя! – рявкнула Раиса, не церемонясь. Голова Веры мотнулась вперед-назад, как у китайского болванчика.
– Я и думаю! – не сдержалась Вера и свободной рукой убрала со своих плеч ладони Раисы. Девушка не любила, когда к ней прикасались. Даже свои, те, кому она доверяла. – Но это… Тарас мертв. И ты это знаешь.
При упоминании о человеке, который оставил в её жизни неизгладимый след, Веру повело. В груди запекло. Ещё несколько секунд, и она потеряет сознание.
