В лунной тишине сентября, Лиля дрожит в пробке на Садовом Бульваре. Часы громко бьют десять — и это кажется вечностью. Взгляд устремлен к стеклам машины, где уже появилась первая рябь. Лиля знает, что приходит неизвестная встреча, но с ней связана таинственная история.
– Живут себе как закоренелые холостяки, им обоим так удобно и комфортно…
– Но тогда зачем они друг другу?! – пылко спросила Лиля.
– А это и есть тот случай, когда в дело вмешивается настоящая любовь… Но надо придумать историю знакомства Маши и Паши, столкнуть их лбами, так сказать…
Евгений и не заметил, как увлекся беседой. Лилины шутки, Лилин смех уже не казались ему неуместными. Они с Лилей фантазировали на ходу, перебивая друг друга и дополняя. Это не беседа была даже, а болтовня – все в шутку, не серьезно. И так весело оказалось играть вместе, хохмить, складывая будущий сюжет, словно в мозаику, а потом вновь рассыпать все, чтобы затем сложить новую картинку.
Они болтали часа два, перебирая варианты развития сюжета будущего сценария, потом решили взять тайм-аут – для того, чтобы упорядочить придуманное.
Едва только Евгений нажал на кнопку отбоя, раздался звонок.
Он думал, что это опять Лиля, с каким-нибудь пожеланием вдогонку, но, оказалось, звонила мать, Инесса Викторовна.
– Телефон был долго занят! – с возмущением произнесла она.
– Нет, я, по работе.
– Опять ты ее покрываешь! – недоверчиво воскликнула мать.
Инесса Викторовна ненавидела свою невестку.
За что?
За то, что Ира являлась приезжей (известно, что приезжим от москвичей надо: так и мечтают набросить на них хомут в виде брака, чтобы в столице поселиться!). За то, что Ира работала в театре (известно, какие они, эти актрисули!). Еще мать упрекала Иру в том, что та – плохая хозяйка, плохая мать… Словом, обычная история нелюбви свекрови к невестке.
Можно было, конечно, эту нелюбовь списать на возраст (семьдесят восемь лет как-никак), но сколько себя помнил Евгений, мать всегда отличалась сложным характером и непримиримостью – уж если кого невзлюбила, то это навсегда.
Она, мать, считала себя белой костью, избранной. Родилась в семье дипломатов. Первым мужем Инессы Викторовны (и отцом Евгения) являлся известный советский авиаконструктор. Потом муж умер, и Инесса Викторовна нашла себе нового – не менее известного композитора.
Инесса Викторовна влезла в чужую семью – на правах «друга» и «помощницы». Когда жена композитора через год умерла, пожилой гений оказался в полной собственности «помощницы». Они поженились."
"Инесса Викторовна обожала помогать и поддерживать.
