— Уверен, он с катушек слетит, Ратти, как только увидит тебя в этом наряде! — едва слышно произнес Прохор. — Платье отпадное!
Я невольно вспомнила наше с Ромой прощание. Его одержимый жаждой взгляд. Его дикий напор. И безумие, что сквозило в каждом касании, когда мы проводили ночи в его квартире.
— Не думаю, что мое присутствие что-то изменит. Говорят, в его брачном контракте слишком много нулей, — пробормотала я, прикрывая ладонями лицо.
Я устала быть сильной. И мне вдруг хотелось поверить в сказку. Хотелось верить, что именно Рома предначертан мне судьбой, как утверждает бабушка, что, увидев меня, он бросит все и откажется от денег, откажется от наследства, от компании, от статуса, от всего ради меня. Ради нас.
— Заодно и проверим! — подмигнул Прохор.
— Шикарный костюм! — раздался голос Прохора за спиной.
Я битый час пытался завязать галстук-бабочку, стоя перед зеркалом в номере класса люкс отеля, в банкетном зале которого состоится регистрация брака. Здесь же будет проходить и само торжество с участием звезд и приглашенных гостей. Мать Дарьи позаботилась даже о праздничном салюте.
Я хотел стащить его с шеи и зашвырнуть в самый дальний угол. Я, млять, ненавидел этот кусок тряпки.
Брат подошел ближе, заглянул за мое плечо.
— А галстук идиотский, — заметил младший, отбирая вещь из моих рук.
Прохор довольно быстро справился. Я же успешно гнал из мыслей все, что касалось галстуков, ловких женских пальцев и аромата апельсина.
— Знаешь, мама была бы рада за тебя, — вдруг пробормотал младший. — Ты подрос. Стал человеком. Женишься.
— Прош, давай без этого всего, а?! — рявкнул я на брата.
— Нет, ну она бы, конечно же, огорчилась. Ее Ромашка стал не просто человеком, еще и мудаком, каких поискать. Но да, уверен, она была бы счастлива, — не унимался Прохор.
— Придурок, — пробормотал я, с силой надавил ладонями на глаза.
— Так есть в кого, — хохотнул брат, а потом серьезно, без тени улыбки, спросил: «Скрутило тебя, да, Ром?».
Я шагнул назад, сполз спиной по стене, сел прямо на пол, наплевав, что на мне долбаный костюм от великого и могучего кутюрье, что за шмотки мой бухгалтер перевел целое состояние на счет модельного дома, что невеста впадет в депрессию, если вдруг я буду выглядеть недостаточно безупречно на фото. Плевать на все.
— Наперед подумал, просчитал, не? Долго вот так протянешь? Ломает же тебя, — язвил мелкий, присаживаясь передо мной на корточки.