Автор
Серёга Лазарь знал, что она табу, но не смог устоять перед очарованием дочери местного авторитета. Их запретная любовь становится роковой — ему приходится красть её у собственного мужа и скрываться на забытом богом острове. Но может ли счастье быть построено на обмане и преступлении?
Ветер хлестал по лицу, пузырил рубашку и ласкал кожу. Он словно упивался этим вечером и именно этим волшебным моментом. Вжалась в кресло, затаив дыхание от всей прелести этой картины. Стоял такой красивый, мощный. С ним чувствовала себя свободно и легко. И даже неизведанность не пугала. Отказывалась покидать остров, но сегодня и сопротивляться не хотелось. Что-то подсказывало мне, что нельзя отказываться. Нужно запомнить этот момент во всех его мелочах.
– Нет, хорошо, – прошептала, но он услышал. Снял с себя пиджак и накинул мне на плечи, вмиг опьянив своим ароматом.
Серёжа сбросил скорость и уже через пару минут мы, резко свернув в камыши, остановились у старого деревянного причала, на котором стоял мужчина.
–О! Анатолич, – крякнул встречающий и ловко поймал канат, брошенный с катера Серёжей. – Гнал, поди. Не умеешь тихо ездить, да?
– Летать люблю, дядя Паша, – рассмеялся Серёжа, крепя катер еще несколькими канатами. Блестящие бока бились о старые покрышки, закрепленные по бокам, катер раскачивался на волнах, лишая возможности твердо стоять на ногах. – Идем, Окся.
Это его «Окся» прозвучало так сладко, что я пошатнулась, не от волн, а от мыслей, накативших совершенно внезапно.
– Идём-идём, – он ловко поднял меня на руки, затем поставил на пирс, где дядя Паша помог не рухнуть обратно. – Присмотришь?
– Конечно, присмотрю. Машину выгнал, на дороге стоит, а то бабка моя просыпается от каждого скрипа ворот. Гуляйте!
– Кто это? – мы вошли через деревянную калитку на территорию старенького деревянного дома, вдоль забора была тропинка, выложенная из уймы разноцветных пластиковых крышек от газировки.
– Друг отца, они работали вместе. А потом егерские обходы стали сокращать, бросать на самоокупаемость. Забросили все хозяйство, развязали руки браконьерам. Все упустили, а теперь пытаются порядок навести, наладить все. А как теперь современных людей заставить закрыться на острове во имя всеобщего блага?
– А ты? Ты готов?
– Теперь да, а в восемнадцать сбежал отсюда, сверкая пятками, – Серёжа приоткрыл ворота, пропуская меня вперед. На придомовой парковке стоял черный джип, сверкающий новизной полировки. Даже и не думала сворачивать тему в сторону денег, потому что уже поняла, что явно недооценила возможности Лазарева, просто хотелось говорить о нем. О настоящем.
– И? Куда подался?"
"– Как куда? В армию сначала, а потом осел подальше от дома, чтобы насытиться вольностью, – Лазарь завел машину, затопив тишину деревни тихим рычанием. – Дурак был, Окся, дурак.
