Автор
В этом проникновенном дневнике описывается беда, как она обрушилась на маленькое семейство. Карим — ребенок от второй жены, которого люди раньше воспринимали с юмором и добродушием, теперь исключительно критикуют и унижают. Мама Карима в истерике пытается выяснить за что их обоих наказывают боги. Взгляд на семейные злоключения дает читателю глубокое понимание боли и изоляции, котоrая гложет каждого из них....
А потом, понимая, что больше шанса может не представиться, спрашиваю то, что не дает покоя: — Я могу узнать, кто сообщил о выстреле в доме?
— Что вы имеете в виду, Юсупов? Хотите поменять показания?
Молчу, давая понять, что слов назад не заберу, и следователь отвечает:
— Звонок был анонимный. Больше я вам ничего не скажу. Разве что отвечу взаимностью на откровенность. Так кто же спустил курок?
Откидываюсь на спинку жестяного стула и отворачиваюсь, закрывая рот на замок. Больше беседовать со следователем не имеет смысла.
* * *
Ясмина
3 месяца спустя
Все эти недели живу у тети Зулихи, здоровье которой, вопреки ее словам, весьма неплохое. Просто так она не хотела, чтобы я чувствовала себя наглой нахлебницей. Но мы обе понимали, что, кроме тети, мне не к кому было идти.
— Созванивалась с подругой утром, — пригубила она чай, посмотрела на меня исподлобья, словно наблюдая за моей реакцией. И я замерла, стараясь не показывать, как я жадно слушаю ее речь.
И замолчала, заставляя меня вариться в неведении. Больше всего я хотела знать, что с Тагиром. От него не было вестей. И внутри меня горело пламя недосказанности всего, что между нами было. Как бы я ни пыталась убедить себя, что он — враг, глупое сердце цеплялось за призрачную надежду. Всё это гормоны из-за беременности, говорила себя каждый раз и затыкала голос души сильнее.
Как я уехала к тете, ко мне лишь раз приехал адвокат и всучил карточку, которой я еще ни разу и не пользовалась.
— Опозорены полностью! Нет им больше хода нигде. Ни в один дом не пустят. Последнему бродяге больше почета будет, чем Юсуповым. В общем, после этого они ушли в горы, говорят, у них там домик в глуши, — покачала головой тетушка Зулиха, выглядела она удовлетворенной.
"Я сглотнула слюну, ощущая, как дрожит тело. Рамазан опытный охотник, он не мог ошибиться с маршрутом. Внутри всё заледенело, и глаза заволокло пеленой воспоминаний.
