Автор
Адам чувствовал запоздалую ревность по девочке, что сидела за его столом и играла на пианино. С каждым днем она становилась все решительнее и сильнее, отказываясь покориться. Он ощущал вкус жажды власти над независимой силой. В этот момент он понял, что готов взять ее в свои объятия - как природу, как культивирующуюся розу.
Сказал, чтобы Вы обязательно поели тоже.
И Ника, правда, с аппетитом позавтракала. Незамысловатые блюда — омлет, сыр, овощи… Почему же было ощущение, что все это здесь божественно вкусно? Что же за магия была на этом острове за такая? Почему так удивительно она себя здесь чувствовала?
Адам появился со стороны берега спустя минут двадцать. Весь мокрый, все еще сверкающий от брызг воды. Тату дракона на его груди словно бы было живым — игра света на блестящей коже вкупе с перекатывающими мышцами все время приводили его в движение.
— Доброе утро, красавица, как спалось? — спросил бодро.
— На удивление очень хорошо. Холодная вода? — спросила в ответ, увидев, что его кожа покрылась пупырышками.
— В океане вода всегда холодная. Но особенная, Ника. Энергетически она очень сильная. Умеешь серфить?
— Я даже плавать не умею… — искренне ответила она, улыбнувшись.
Адам прыснул.
— Что ж, по ходу следующий наш урок будет не эротического содержания…
Адам приблизился к ней очень близко. Так, что свежесть океана, исходящая от его тела, буквально чувствовалась ее кожей.
Она поджала губы, посмотрев на него исподлобья. А все так неплохо складывалось. Они ведь даже смогли пару минут поговорить, как нормальные люди…
— Снова шейх Адам? — спросила с подковыркой, — снова на «Вы»? Пока папочка не видит…
Мужчина, теперь в буквальном смысле нависающий над ней, не успел ничего ответить, так как со стороны дома послышался веселый детский крик.
— Амму (араб. — дядюшка) Адам! — прозвучал бодрый мальчишеский голос."
"Не прошло и секунды, как на шею мужчине бросился красивый мальчуган годов четырех. Через пару мгновений в комнату вошла высокая статная девушка с белыми волосами и смуглой кожей, держащая на руках совсем крошечную малышку, и еще более высокий статный молодой мужчина — светлокожий брюнет с миндалевидными карими глазами.
— Хорошо, что вы уже проснулись, — донеслось из комнаты от выходящего на террасу Нуреддина, — знакомьтесь, друзья, это Ника, наша гостья. А это, дорогие мои, наш Адам, помните такого? Да-да, тот самый блудный сын и брат, о котором вы могли уже запамятовать, настолько он нечастый гость семейных мероприятий… — насмешливо-дружелюбный, но с подковыркой тон Нура сейчас звучал очень уместно в этом максимально неофициальном антураже, наполненном радостью долгожданной встречи.
Губы вошедшей девушки растянулись в многозначительную улыбку, стоило ей только взглянуть на Нику.
