Автор
Адам чувствовал запоздалую ревность по девочке, что сидела за его столом и играла на пианино. С каждым днем она становилась все решительнее и сильнее, отказываясь покориться. Он ощущал вкус жажды власти над независимой силой. В этот момент он понял, что готов взять ее в свои объятия - как природу, как культивирующуюся розу....
Иштар рассказала мне легенду до конца… Кровь дракона и слона посеет плоды и из них выросло дерево драцена… Драцена в переводе с латыни — это женщина дракона. Только с ней он может быть счастлив… Наши семьи пролили достаточно крови и слез, Адам. Если легенды не удалось избежать тогда, то пусть ее невозможно будет избежать и сейчас, любимый. Я твоя, Адам. Я люблю тебя. Целиком, без остатка, — он впивается в ее губы жадным, страстным поцелуем — а ее пьянит его напор и встречное желание.
Ткань снова трещит по швам — на этот раз он отрывает от уже лохмотьев длинное полотно. Быстро и умело связывает ей руки и поднимает их над ее головой, цепляя за железный прут-каркас шатра.
Натягивает, заставляя туловище вытянуться, как струна. Она сидит верхом на нем — и он не спрашивая резко направляет себя в нее, заполняя сразу на полную длину.
— Готова, Ника? — хрипло шепчет он, — мне нужно наказать тебя, плохая девочка… За твой побег и за попытку жить без меня…
— Наказывай, — шепчет она страстно, сама подаваясь навстречу ему бедрами.
"Ощущение беспомощности в его руках опьяняет. Ей так не хватало этого. Так не хватало его контроля. Только с ним она может расслабиться настолько, чтобы не думать ни о чем, кроме как о них двоих.
Жар страсти слишком сильный, чтобы их слияние продолжалось долго. Они достигают пика одновременно и ярко, словно бы взрывающиеся на небе звезды-гиганты.
Когда сознание снова возвращается, он отвязывает ее руки и нежно гладит, с волнением рассматривая, не осталось ли на коже следов ее «жесткой любви».
Ника, порхая, прохаживается пальцами по его груди, рассматривая татуировку. Она снова кажется ей живой. А он, наконец, таким родным, близким…
Он видит на пальце одетое им кольцо и целует ее руку.
— Я не снимала его, — признается она честно, — не смогла. Подумала, что даже если тебя больше не будет в моей жизни, твое место не сможет занять никто из мужчин.
Он улыбается и нежно целует её.
— Какую хочешь свадьбу, моя королева? — спрашивает нежно, гладя ее волосы, — выбирай, моя роза, Таиф, Сокотра, Дубай, Гренландия… Если хочешь, снаряжу экспедицию на Луну…
Она заливисто смеется, потому что знает, он сейчас говорит правду.
— Пусть это будет здесь, Адам. Если только ты не возражаешь. На остове моих предков.
