" (IX, 307) То есть, речь идет об очень сложной манипуляции осознанием: засыпая, мы входим во внимание сновидения, с его помощью собираем всю нашу целостность в новой позиции и попадаем во второе внимание после пробуждения, затем мы должны снова уснуть и снова войти во внимание сновидения, не возвращаясь по дороге в первое внимание.
Таким образом, Карлос Кастанеда напоследок оставляет еще одну загадку. Мало того, что нам не очень понятно, как все-таки преодолеваются четвертые врата, — мы вовсе ничего не знаем об остальных трех. Ведь дон Хуан в свое время сказал, что сновидение имеет семь врат. Начиная с этого момента, мы можем опираться лишь на собственную интуицию. А в заключительной части девятой книги Карлос делится с читателями одним тонким приемом, используемым в сновидении для достижения устойчивой фиксации точки сборки, — приемом "сдвоенных позиций". По его словам, знание этого приема было получено им от древнего мага, "бросившего вызов смерти", которого воины линии дона Хуана прозвали арендатором. Тот предложил Кастанеде эту информацию в обмен на полученную от него энергию. Арендатор — довольно эксцентричная фигура. В свое время он переместил свою точку сборки в положение женщины и большую часть времени стал проводить в женском облике. Поэтому глава, посвященная арендатору, названа Кастанедой "Женщина в церкви". Вот разъяснения этой удивительной "женщины":
"Начни сновидеть, расположившись на правом боку, чуть согнув ноги в коленях, — сказала она. — Правило заключается в том, чтобы сохранить эту позицию и заснуть в ней. Затем в сновидении упражнение заключается в том, чтобы видеть во сне, что ты ложишься именно в этом положении и снова засыпаешь.
— Что это дает? — спросил я.
— Это делает точку сборки неподвижной, я имею в виду, — действительно неподвижной, — в каком бы положений она не была в момент второго засыпания.
— И что будет в результате этого упражнения?
— Полное восприятие. Я уверена, твои учителя уже говорили тебе, что мои подарки — это подарки полного восприятия." (IX, 286)
"Затем она предупредила меня, что пройти через четвертые врата и продвигаться по местам, которые существуют лишь в чьем-то воображении — весьма рискованно, так как каждый момент такого сна должен быть абсолютно личным моментом.
— Ты все еще хочешь идти? — спросила она. — Я сказал, что да. Потом она еще кое-что рассказала мне о сдвоенных позициях. Суть ее объяснения сводилась к тому, что, к примеру, я сновижу мой родной город, и мое сновидение началось, когда я лежал на правом боку и видел сон, что я заснул. Второе сновидение не должно быть обязательно сном о моем родном городе, но быть наиболее конкретным сном, какой только можно вообразить.