А вот див-наставник, в задачи которого входит следить за соблюдением правил, – самый подходящий вариант. Это и воспринималось как простая реализация закона. К тому же бить нужно было очень расчетливо и аккуратно: колдуна нельзя ранить до крови. Только ректор Светлов отменил телесные наказания, оставив дисциплинарные взыскания.
– Так, выходит, Диана еще успела хорошенько всыпать этому напыщенному дедушке – проректору Меньшову, да?
Он внезапно спохватился и вздохнул:
– А ректора Светлова жалко. Хороший был человек.
– Да. Мы обязаны поймать убийцу. Кстати, этот юноша Матвей – внук ректора. И он есть в списке учеников, занимавшихся уборкой арены. Так что рассказывай дальше. Скорее всего, то, что ты видел, – очень важно.
Кузя поведал всё остальное.
– Что же, молодец, – кивнул хозяин. – Ты хорошо поработал. Теперь нам нужно обсудить еще несколько очень важных вещей.
Аверин тоже второй раз послушал рассказ Владимира. Параллельно он обдумывал информацию, полученную от Кузи. Студентка-чародейка, скорее всего, ни при чем, и в корпус колдунов ее привели любовные приключения. Хотя полностью исключать ее из уравнения нельзя, ведь девочки обычно не бегают в мужской корпус. Наоборот, несмотря на строжайший запрет, это мальчишки тайно пробираются к юным чародейкам. Чего греха таить, Аверин и сам, высчитав время между дежурными обходами, навещал ночами в чародейском корпусе Лизу, пока она не бросила его, предпочтя Андрея Рождественского. Но времена меняются, почему бы и девушке не наведаться вечером к любимому, тем более что за общежитиями колдунов следили менее тщательно. Оно и понятно – в случае конфуза с девицей у руководства могли возникнуть серьезные проблемы с ее родителями.
А вот поведение Матвея выглядело весьма подозрительно. Что искал юноша? Почему так боялся? И кого? Неужели наставницу? Расспросить его следует как можно быстрее. Стоит ли ждать до утра?
– Ничего себе! – раздался восторженный возглас Кузи. Новые подробности дела его впечатлили. – Это как же? Неужели ректор Светлов сам ходил в хранилище? Этот твой дедушка Меньшов, видать, не врет. Хоть и довольно противный тип.
– Противный? – Аверин приподнял брови. – Чем же он тебе не понравился?
У Кузи отличное чутье на людей, и грех было этим не пользоваться.
– Ну… он ведет себя так, будто это он здесь следователь. А мы ему только мешаем. А он, вообще-то, подозреваемый. Ну и шутка эта… – Кузя фыркнул и наморщил нос, а потом обратился к Владимиру: – Если бы колдун, которого я собрался арестовать, начал поднимать руки, словно призывает оружие, я бы, наверное, не выдержал!
– Он сделал это, чтобы проверить, насколько хорошо я помню его и могу предсказать его действия. Алексей Витальевич потом объяснил, что в этом деле очень важно доверие.