Старушенция, работавшая компаньонкой, скрывает правду о своем прошлом. Когда она ищет любимого внука Андрюшеньку, возникает интрига вокруг его предполагаемого убийства. Задание оказывается запутанным, а слова Теодоровны намекают на скрытые беды.
Я чувствовала легкое беспокойство: не из-за миссии, возложенной на меня, а из-за возможных последствий от встречи с вдовой. Чего доброго полицию вызовет, и разбирайся с ними. Не зря Олег так подозрительно быстро согласился. Я оглянулась: сыщик наблюдал за нами, улыбнулся ободряюще и даже помахал мне рукой.
— Первую скрипку веду я, — начальственно изрек Костя, — а ты помалкивай, пока не спросят.
Он пригладил волосы и откашлялся. «Наверное, в роль входит», — решила я и вслед за Костей замерла перед дверью подъезда. Он уставился на запертую дверь, не ожидая подобного препятствия, потом недовольно взглянул на меня, точно это целиком и полностью моя проблема.
— Двадцать восьмая квартира, — подсказала я, кивнув на домофон.
— Кто? — буркнул голос, не мужской и не женский, когда Костя набрал номер.
— К госпоже Мальцевой, — ответил он.
Дверь открыли, я сказала «прошу», Костя гордо вскинул голову и шагнул в подъезд. Пока мы поднимались по лестнице, он то ли молился, то ли готовил вступительную речь, губы его шевелились, а вот про меня он вроде бы забыл. Я плелась сзади, гадая, как вдова отнесется к нашему визиту. По мнению секретарши Мальцева и Ирины, бывшая стриптизерша умом не блистала, а замуж вышла по расчету, так что мужа, скорее всего, не очень-то жаловала. Тут меня обуяли сомнения, а еще угрызения совести за предвзятое отношение к вдове. По расчету она замуж вышла или нет, но супруга лишилась. И как-то так выходило, что не без моего участия. Труп я прятать помогала, и как ни крути — вина моя в ее теперешнем положении очевидна.
Заниматься самобичеванием длительное время не пришлось, мы оказались перед нужной дверью, Костя вновь откашлялся и широко улыбнулся, услышав, как щелкнул замок. На пороге стояла женщина лет сорока в коротких трикотажных брючках и футболке. На добродушном лице ни намека на интерес к незваным гостям. Стриптизерши так не выглядят, хотя кто их знает… в конце концов она бывшая стриптизерша. «Милая женщина, которая лишилась мужа, — успела я подумать с печалью, — а я пришла ей голову морочить».
— Простите, — нараспев произнес Костя, — Екатерина Григорьевна, это…
— Туда, — ткнув пальцем за свою спину, равнодушно произнесла женщина и чуть посторонилась, пропуская нас в квартиру. Захлопнула дверь и пошла в кухню, вторично ткнув пальцем в нужном направлении. Разуться нам не предложили, и Костя бодрым шагом устремился вперед, я за ним и через мгновение оказалась в гостиной, двустворчатые двери в которую были приоткрыты.
