– Могу я положиться на ваше благоразумие, Хаутон?
Вы едете в длительный и хорошо оплачиваемый отпуск.
– Проведать своего кузена Тома, – добавил секретарь. – И его жену, которую я еще не видел. А также и их сына, для которого я буду крестным отцом и…
– Меня не интересуют ваши семейные дела, – перебил герцог. – Вам лучше уехать сегодня же, Хаутон, а то опоздаете на крестины.
– Я очень признателен вам, ваша светлость, – сказал Хаутон, когда Риджуэй направился к двери.
– Вы всегда были очень добры ко мне.
– Но перед отъездом вы должны выполнить еще одно поручение, – сказал он. – Я распорядился, чтобы гувернантка сегодня утром отправилась в Уолластон.
– Я все устрою, ваша светлость, – кивнул Хаутон.
Герцог покинул кабинет. Секретарь же с усмешкой вспомнил свой разговор с грумом – тот уверял, что герцог с гувернанткой отправились покататься верхом и вернулись только через час. Было видно: амазонка и сапоги понадобились именно для верховых прогулок.
Нет, все-таки она – его любовница. И его светлость охвачен страстью, поэтому и хочет выведать что-нибудь о прошлом этой девушки. Значит, она живет под вымышленным именем?
Но, наверное, трудно обвинять его светлость. Ведь герцогиня даже не пытается скрыть, что предпочитает ему лорда Томаса.
– Мне придется съездить в эту проклятую нормандскую церковь, – сказал он. – Я хочу увидеть вас сегодня вечером.
Где? В вашей комнате? Или где-нибудь внизу?
– Но у меня другие планы на вечер, – сказала она.
Он нахмурился. С полей его шляпы стекала вода.
– Меня пригласили на обед и в театр, – сказала она. – Пригласил сосед.
– Кто он такой? Вам лучше не поощрять его, Изабелла.
Мне это совсем не нравится.
– Вы не можете представить, что существуют просто дружеские отношения, Мэтью?
Она поежилась: холодная вода просочилась за воротник накидки.
– Когда речь идет о вас, не могу, – сказал он. – Мы останемся здесь на несколько недель. И я рассчитываю на значительную часть вашего свободного времени. Не хочу иметь дело с соперниками. Даже если соперник – сам герцог. Надеюсь, он не остался в вашей комнате прошедшей ночью.
– Я вся промокла и замерзла, Мэтью, – сказала она. – Я возвращаюсь в дом, если позволите.
Он отвесил ей поклон, повернулся и взбежал по мраморным ступеням.
Флер вошла в дом через черный вход. Ей предстояло сделать выбор: выйти замуж за Мэтью, если он действительно хочет на ней жениться, или предстать перед судом за убийство и воровство, причем единственным свидетелем на суде будет сам Мэтью.
Экипаж мистера Чемберлена приехал за Флер в начале вечера. Она с некоторым сомнением посмотрела на свое голубое муслиновое платье, но больше ей нечего было надеть.
Флер решила, что ей обязательно нужно развлечься после столь неприятного разговора с Мэтью.