— Каждая женщина мечтает, чтобы мужчина предпочел ее дохлой корове.
Хант затрясся от смеха и повернулся, чтобы не ударить ее ногу о дверную раму. Дейзи открыла дверь и посторонилась, с тревогой наблюдая, как Хант несет Аннабел к кровати.
— Ну вот, — объявил он, укладывая ее на парчовое покрывало и подкладывая ей под спину еще одну подушку.
— Спасибо, — прошептала она, глядя в темные, опушенные густыми ресницами глаза.
— Мне нужно посмотреть вашу ногу, — твердо объявил он.
Сердце Аннабел, казалось, остановилось, а когда забилось снова, пульс был совсем слабым и чересчур отрывистым.
— Я лучше подожду, пока не придет доктор.
— Я не спрашиваю разрешения.
Игнорируя ее протесты, Хант потянулся к подолу юбки.
— Мистер Хант! — возмутилась Дейзи, спеша к кровати. — Как вы смеете?! Мисс Пейтон больна, и если вы немедленно не уберете руки…
— Пригладьте перышки, — иронически усмехнулся Хант. — Я не собираюсь бросить тень на девическую добродетель мисс Пейтон. Во всяком случае, пока. — Он перевел взгляд на бледное лицо Аннабел. — Не двигайтесь. Как ни очаровательны ваши ножки, все же они не смогут зажечь во мне лихорадку…
Договорить он не успел, потому что как раз в этот момент поднял ее юбку и тихо охнул при виде чудовищно распухшей ноги.
— Черт! Подумать только, до этого момента я считал вас достаточно разумной женщиной! Почему вы спустились вниз в таком состоянии?
— О, Аннабел, — вторила Дейзи, — твоя нога просто ужасно выглядит!
— Но в начале вечера все было не так уж плохо, — оправдывалась Аннабел. — За последние полчаса все изменилось к худшему.
Но тут Хант приподнял подол еще выше, и она вскрикнула не столько от боли, сколько от тревоги:
— Что вы делаете? Дейзи, не позволяй ему…
— Снимаю ваш чулок, — пояснил Хант. — И советовал бы мисс Боумен не вмешиваться.
Дейзи, нахмурившись, подошла ближе.
— А я советовала бы вам быть поосторожнее, мистер Хант, — нашлась она. — Я не собираюсь стоять и смотреть, как вы пристаете к моей подруге.
Хант ответил взглядом, полным нескрываемой иронии, и, поддев подвязку Аннабел, осторожно развязал.
— Мисс Боумен, через несколько минут здесь будет полно народу, включая миссис Пейтон, лорда Уэстклифа и вашу упрямую сестрицу, не говоря уже о докторе. Даже столь признанному распутнику, каковым я являюсь, требуется больше времени, чтобы овладеть кем-то.
Выражение его лица внезапно смягчилось, но каким бы нежным ни было прикосновение, Аннабел все равно охнула от боли.