После широкой гульбы в ресторанах уезжали на снятую «конспиративную квартиру» и там переодевались в старые галифе и френчи. Они смертельно боялись соседей и уполномоченных по подъезду.
Они жарили на кухне дешевые котлеты, а, запершись в комнате, на электроплитке разогревали полуфабрикаты из «Националя».
Никто не должен был знать об их деньгах, дорогих костюмах, часах и бриллиантах.
Но тем не менее именно они, в отличие от нынешних дельцов, поставляли в магазины качественные и, что очень важно, дешевые товары.
Ах, московский Бродвей!.. Элегантный, денежный, праздничный. Он звал к себе людей. И они шли. Многие, вырвавшись из коммуналок, выходили на эту улицу-реку.
Словно стремительные корабли проносились по ней автомобили ЗИС-110 с правительственными кукушками на радиаторе.
Но были минуты, когда эта река-улица словно замирала. И все расступались, освобождая дорогу одному человеку.
Он часто ходил пешком по Броду. Высокий, интересный, чуть сутуловатый.
Я хорошо помню его в серой пижонистой кепке из букле, какие умели шить только в Столешниковом, и американском плаще цвета маренго.
Он шел не спеша, разглядывая толпу, улыбаясь, приветливо кивал завсегдатаям Брода.
И от кивка и улыбки этого человека пробирал холодок.
Сам Абакумов, сам Виктор Семенович, генерал-полковник, могущественный министр самого главного ведомства страны сталинской империи, совершал свой вечерний моцион.
Он шел спокойно, без охраны. Шел мужественно, ничего не боясь: ни «кровавой клики Тито – Ранковича», ни многочисленных террористов, ни крутых заговорщиков.
Шеф МГБ не боялся, поскольку точно знал, что всех их выдумали его сценаристы – специальная группа, которая, словно увлекательные романы, создавала сюжеты заговоров. Многие из них с интересом читал великий вождь, и не просто читал, но, когда считал нужным, пускал в ход, а некоторые, как заговор маршала Жукова и присвоение никем не виденной короны из Норвегии (кстати, до сего времени хранящейся в королевском дворце в Осло), до поры до времени ложились на полку, чтобы возникнуть в свой час.
Поэтому Абакумов и не страшился ходить вечером по улице с одним адъютантом, семенящим сзади.
Нет, забыл я. На улице Горького, так же как и на Арбате, через каждые пятьдесят метров «в зоне визуального контакта» стояли одинаково одетые люди. Они осуществляли охрану правительственной трассы.
Прогулки Абакумова закончились в июле 1951 года.
