В кресле, я закидываю ноги на стол и, наконец, выпускаю в воздух очередную сигарку. Мой идеальный отчёт, идеальные коллеги, идеальная фирма — всё выглядит как хорошо подобранная маска. Но интуиция свистит мне в ухо — за всем этим скрываются сложности и недовольство. В этом городе роскошных кирпичей и чистых стекол чувствуется что-то нереальное....
— За какие пять лет? Акции сменили владельца не больше года назад! — возмущаюсь я, потому что хоть и не вникаю в эту часть работы, но я не глухая!
— М-м-м… В тебе поддерживают веру в собственную значимость, делясь информацией? Я бы сказал, что это мило… но, нет, это ни х*я не мило! И мне странно, что ты тупила столько лет!
— Вы слышите обо мне впервые! — прерываю я его, не желая терпеть унизительное хамство. — Так почему позволяете делать себе такие выводы?
— Я много себе что позволяю, — моментально грубеет его голос.
— Не называйте меня так! — выхожу я из себя, потому что его гадкий вывод, и правда, самый простой и очевидный!
— А дядюшке можно? — с похабцей комментирует он мой запрет.
А у меня в руках оказывается пистолет, который я выхватываю из-под его руки и, не раздумывая, направляю на этого мерзавца.
Медленно выдыхает, втягивая щёки, но не сводя глаз с дороги.
— Запомни одну вещь, принцесса, — говорит он так спокойно, как будто ему совершенно плевать, что через секунду я могу его убить. — Если ты взяла в руки оружие, ты должна быть готова стрелять.
— Я готова! — крепче сжимаю пистолет в руках, отталкиваюсь ногами от пола, отодвигаясь подальше и вжимаясь в дверь позади.
— Ты долбанная принцесса, и воспитывал он тебя так же!
Машина резко тормозит, а я не успеваю даже опомниться, как он подминает меня под себя, обезоруживая и гневно выговаривая мне прямо в лицо:
— Ты понятия не имеешь, как стрелять.
Склоняется так низко, что в мою щёку тычется жёсткая, колючая щетина, царапая и раздражая при каждом сказанном им слове.
— И мне тоже… Но я могу научить… или сделать с тобой то, что и собирался с самого начала. Эти два желания друг от друга отделяет очень тонкая грань. Не заставляй меня её похерить, Лея! — наконец-то, выпускает он меня из захвата, а я делаю короткий, судорожный вдох.
С минуту мы сидим молча в по-прежнему стоящей на месте машине, а потом он спрашивает:
— Твой жених… С чего ты взяла, что можешь ему доверять?
Поворачивается ко мне и, пригвоздив мрачным взглядом, терпеливо ждёт ответ.
— Мы очень давно знакомы. Андрей всегда был рядом, — сама не понимаю почему, но начинаю приводить доводы. — Мы любим друг друга, и очень близки.
