В кресле, я закидываю ноги на стол и, наконец, выпускаю в воздух очередную сигарку. Мой идеальный отчёт, идеальные коллеги, идеальная фирма — всё выглядит как хорошо подобранная маска. Но интуиция свистит мне в ухо — за всем этим скрываются сложности и недовольство. В этом городе роскошных кирпичей и чистых стекол чувствуется что-то нереальное....
И это не те несколько секунд, когда я стояла у клуба, даже не успев что-то осмыслить, просто инстинктивно дернувшись за человеком, который разделил со мной безумие этого вечера.
Да что уж там… Принял в нём активное участие…
Сейчас наедине с самой собой весь этот ужас накрывает меня настолько плотным пологом, что я начинаю попросту задыхаться.
Стас…
До смерти родителей я его почти не знала, зато потом он стал для меня всем — наставник, друг, почти отец… Именно благодаря ему и его терпению, я не сошла тогда с ума.
Но если всё из-за денег, зачем было так долго ждать?
Зубы начинают стучать. Не от холода, от кошмара, что я вообще могу так думать о Стасе…
Сомневаюсь в том, кто всегда был рядом.
Заботился.
Любил.
Меня передёргивает так, что я больно ударяюсь рукой о дверь, стискиваю пальцы второй и всхлипываю от боли и отчаяния… Не этой… внутренней…
А если это он? — опять возвращаюсь я к мелькнувшей до этого мысли.
Таир Алиев…
Виртуозное похищение, когда жертва сама держится своего похитителя?
В ушах звучит воспоминание отзвука пуль по обшивке моей машины и внезапное осознание…
Они знали, что я была там!
Не могли не знать!
Я нажала тревожную кнопку до того, как мы выехали из гаража…
Сердце останавливается.
В глазах темнеет.
Хочется разрыдаться, но из горла вырывается только сухое, надрывное сипение.
Что… мне… делать?..
Как он сказал? Отсидись две недели и вали…
Куда?
И с чем?
Бо-о-оже… Только сейчас до меня доходит, что я никогда в жизни не рассматривала подобного варианта.
Да у меня даже наличных нет!
А если всё настолько серьёзно и имеет прямое отношение к нашему бизнесу втягивать в это Андрея просто преступление.
Но он сможет помочь!
Ещё несколько минут меня непрерывно колотит, но когда Алиев вновь возвращается в машину, во мне словно щелкает тумблер, и я беру себя в руки.
Ненадолго, потому что он тут же бьёт в мою последнюю надежду.
В Андрея! Только с его ведома проводят подобные отключения…
Но у меня нет выбора, и я, стиснув зубы, подтверждаю своё желание встретиться с ним прямо сейчас.
— Ты же понимаешь, что можешь от него не выйти? — режет меня по живому этот изверг, включая двигатель.
— Если я не выйду от него, то выходить вообще нет смысла, — произношу я, и мне, как ни странно, становится легче от внезапно навалившейся апатии.
— Может тогда сама? Чтобы зря не тратить время, — сует он мне пистолет в руку.
— Хватит надо мной издеваться, Таир Алимович. Уже достаточно, — равнодушно отметаю его предложение.
