Главный герой добился успеха в важных государственных делах: отстоял железные дороги от иностранцев и получил концессию на золотопромышленность. Но личное счастье остаётся недостижимой мечтой. Перед ним встаёт выбор между долгом перед Россией и собственным будущим.
Раздел Chitat.online для книги «Тай-Пен» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Главный герой добился успеха в важных государственных делах: отстоял железные дороги от иностранцев и получил концессию на золотопромышленность. Но личное счастье остаётся недостижимой мечтой. Перед ним встаёт выбор между долгом перед Россией и собственным будущим.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Главный герой добился успеха в важных государственных делах: отстоял железные дороги от иностранцев и получил концессию на золотопромышленность. Но личное счастье остаётся недостижимой мечтой. Перед ним встаёт выбор между долгом перед Россией и собственным будущим.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Те, кого Александр Васильевич нанял еще в центральной России, хоть и были крепкими бойцами, здесь, в тайге, чувствовали себя неуверенно. Они видели лишь очевидное — разруху, но не могли прочесть знаки, оставленные на земле. Зато забайкальцы, выросшие в этих краях, двигались иначе — тихо, внимательно, подмечая каждую мелочь.
Один из них, пожилой, сухой и жилистый казак по имени Парамон, отошел к остаткам самой большой юрты. Он присел на корточки, а затем поднял с земли кусок почерневшего войлока, пробитого пулей. Молча подошел ко мне и протянул его.
— Маньчжуры были, Владислав Антонович, — сказал он тихо, но уверенно. — Это из их фитильного ружья выстрел! — Он ткнул мозолистым пальцем в рваную, с опаленными краями дыру. — Наша пуля дыру чище делает, аккуратнее. Да и калибр не наш.
Он ковырнул носком сапога землю и, нагнувшись, подобрал маленький, сплющенный комок свинца — бесформенную пулю от примитивного фитильного ружья.
Прасковья Ильинична, стоявшая рядом и слышавшая его слова, ахнула и начала мелко, часто креститься, ее лицо исказилось от ужаса, из глаз хлынули слезы. Надо было ее успокоить.
Подойдя, я спокойным и твердым голосом произнес:
— Прасковья Ильинична, давайте без слез. Не пугайте ребенка! Мы здесь на своей земле. Все будет хорошо. А этих негодяев мы найдем. Тут, слава Богу, амурское казачье войско. Обратимся к властям, да и сами мы кое-чего стоим!
Вскоре разгрузка была окончена, и пароход, нетерпеливо выпуская клубы пара, дал протяжный, тоскливый гудок. Скворцов с мостика прокричал:
— Ну, бывайте, ребята! Надо нам отчаливать. Но не сомневайтесь — на обратном пути из Благовещенска к вам загляну, проведаю, как у вас тут дела!
Колеса парохода забурлили, взбивая мутную воду, и он медленно начал отходить от берега, оставляя нас один на один с враждебной, молчаливой тайгой.
— Парамон, еще двое — в головной дозор, в полуверсте впереди, — отдал я приказ, когда шум парохода затих за поворотом реки. — Мышляев — замыкающий. Возьмите ребенка у Прасковьи Ильиничны — ей тяжело с ним идти. Движемся к прииску. Будьте настороже!
Крестьяне будут здесь дней через десять, к этому времени надо разобраться с происходящим.
И мой маленький отряд, растянувшись цепочкой, молча углубился в лес.
Мы шли по едва заметной тропе уже около часа. Тайга сомкнулась вокруг нас, глухая, безмолвная. Даже птицы, казалось, попрятались. Эта тишина давила, порождая тревогу, куда более острую, чем любой шум.
Сначала я заметил сломанную ветку, неестественно повисшую на уровне человеческого роста. Потом — примятый мох там, где этого не должно было быть. И птицы… Полное отсутствие птиц, да и иных звуков жизни. Рядом с нами кто-то был!
Я резко поднял руку, и отряд замер на месте. Мышляев и Парамон тут же оказались рядом.
