В сердце сибирской столицы, где студенческие холмы тают в морозе, идет жара. Над городом гниет антициклон, и студенты чувствуют себя словно рыба на сковородке. Клады и шпицы прячутся под деревьями и среди камней — жизнь остается загадкой в этот знойный день 30 мая.
– Он ушел к своему городскому приятелю, который купил машину, вырубленную в России, и теперь не понимает, какая муха его укусила. За три дня в ней сломалось все, что могло сломаться, и даже то, что не могло. Представляешь, как работают московские торговые агенты? Хуже цыган. Охмурили парня на круглую сумму…
– ОТКУДА машина? – поразился Максим.
– А я неясно выразилась? – фыркнула Чеснокова. – Машина называется «Москвич», а приятель Шуйского – идиот. Кстати, ты не знаешь, какая буква в слове «пьедестал»? Мягкий знак или твердый?
– Жидкий, – хмыкнул Максим.
– Смешно, – заключила Чеснокова. – А серьезно? Мы тут с девками поспорили.
– Понятия не имею, – вздохнул Максим. – Открой словарь, посмотри. Вы что там, памятник себе воздвигаете?
Он бросил трубку, но та не унималась.
– Здравствуйте, – сказал он замогильным голосом.
– Здравствуйте, – удивился Генка, – ой, наверное, я не туда попал…
– Я тоже так думаю. Говори быстро, не засоряй эфир.
– У тебя там секс по телефону? – прорвало Генку.
– Чеснокова твоя разлюбезная. Спрашивает, сделал ли я домашнее задание, чтобы вы пришли и сняли сливки.
– И что ты ей ответил?
– Нет!
– Ладно, мы продолжаем верить в тебя, – не расстроился Генка. – Ты не знаешь, в нашем городе есть магазины, торгующие запчастями для российских машин?
– Я даже не знал, что в мире существуют российские машины. Твой друг обожает экзотику?
– Чеснокова рассказала? – поскучнел Генка и тут же ожил: – Представляешь, эти чудаки до сих пор производят только то, что в состоянии починить пьяный мужик с кувалдой.
"Генка разъединился, а у Максима окончательно пропало настроение что-то делать. Крохотный таежный островок, стоящий перед глазами, внезапно пропал. Появились соседние волости, уезды, губернии.
