В сердце сибирской столицы, где студенческие холмы тают в морозе, идет жара. Над городом гниет антициклон, и студенты чувствуют себя словно рыба на сковородке. Клады и шпицы прячутся под деревьями и среди камней — жизнь остается загадкой в этот знойный день 30 мая.
Не ровен час, встретим комиссаров, и куда ты ее?"
"«Избавишься от нее, как же», – мрачно думал Илья, отправляясь дальше. Вагон для перевозки личного состава имел проход на тормозную площадку, откуда, перепрыгнув сцепку, можно было попасть на открытую платформу, увенчанную трехдюймовой полевой пушкой. Орудие держалось на цепных растяжках, смотрело под углом на встречную ветку. Борта завалены мешками с песком, за которыми сидело боевое охранение, готовое подать тревогу. В кабине машиниста еще двое (связь через сигналиста). Командир недокомплектованной роты (шестьдесят с небольшим человек – остальных повыбивали красные, защищавшие город) штабс-капитан Волынцев – плотный, широколицый, в мундире пехотного офицера и прорезиненном макинтоше – сидел на лафете пушки, набивая табаком полированную трубку. Покосился на Илью неласково, что и правильно – гражданский чужак в военном деле, да еще с бабой. Валандайся тут с обоими… Поручик, с которым давеча заигрывала Дарья, бросил на него смущенный взгляд. Совсем молодой, моложе Ильи – перед Февральской революцией окончил училище. Как же зовут его – этого «разлучника»?..
Он сел на мешок с песком, привалился к борту, стал смотреть, как за насыпью проносится земля сибирская. Показался поручик Разбашев – молчаливый жердина лет тридцати, сменил молодого. Офицерик перепрыгнул в солдатский вагон, чтобы бежать в свой – предпоследний в составе (не ехать же чистоплюям-офицерам вперемешку с солдатским быдлом).
Самочувствие улучшалось. Но ненадолго – на платформе появился человек в полуштатском, в широком суконном башлыке с висячими концами, сверкающих яловых сапогах. Ростом не вышел, физиономия блеклая, но глаза пытливые, хватающие. Единственный человек, которого на «паровозе» не любили все – и офицеры, и солдаты. Ну не любят на Руси тайную полицию. Жандармский ротмистр Малютин – никому не подчиняющийся и твердо знающий, чего он хочет в этой экспедиции (судя по искрам в глазах в моменты задумчивости). Вот и сейчас – заприметил в уголке Илью, и что-то зажглось в глазах. Опустился на корточки рядом с капитаном, начал тихо вещать. Волынцев мрачно слушал, дымил, как паровоз. Хоть и младший по званию, а куда деваться?
Несколько часов назад Малютин подловил Илью в укромном уголке и вкрадчиво выведывал, какого дьявола студент забыл в этой экспедиции? Остальные понятно – поступила информация, что вагоны с ценным грузом под охраной ВЧК до Урала не доехали. Повернули обратно, испугавшись чешского мятежа. Уже проследовали Красноярск.
