В 1918 году группа чекистов вывозит конфискованные драгоценности из Иркутска в Петроград. Но их путь преграждает уральский мятеж, а возврат невозможен — город уже в руках врага. Отчаянные люди вынуждены искать спасение в суровой тайге, где каждый день грозит смертью.
Раздел Chitat.online для книги «Тайга мятежников любит» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В 1918 году группа чекистов вывозит конфискованные драгоценности из Иркутска в Петроград. Но их путь преграждает уральский мятеж, а возврат невозможен — город уже в руках врага. Отчаянные люди вынуждены искать спасение в суровой тайге, где каждый день грозит смертью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Евгений Евгеньевич Сухов Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
В 1918 году группа чекистов вывозит конфискованные драгоценности из Иркутска в Петроград. Но их путь преграждает уральский мятеж, а возврат невозможен — город уже в руках врага. Отчаянные люди вынуждены искать спасение в суровой тайге, где каждый день грозит смертью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но то ли утренний ветер вскружил голову, то ли перспектива обрела очертания – он представил и задумался. А чем он, собственно, рискует, кроме собственного здоровья?
Комнатка студенческого кампуса хорошо продувалась, но дух вечеринок прочно впитался в стены. По коридору бегали студенты, всовывался чей-то любознательный нос, понимал, что здесь ему не рады, и пропадал. В воздухе висело напряжение. Алла Микош укоризненно смотрела на Максима. Генка в кои-то веки заработал мозгами, и это выражалось в своеобразных подергиваниях. Чеснокову одолели муки сомнения – вкупе с муками критических дней, нарисованными на мордашке жирной гуашью.
– А я считаю, и хрен меня разубедишь, – говорила Чеснокова, – что не к добру искать черного бультерьера на охраняемом складе, особенно если он там есть.
– А вам никто не предлагает, – огрызался Максим. – Поеду один, а вам лишь следует говорить всем сомнительным и внушающим доверие господам, что некто Казаченко отдыхает на Алтае.
– С какой-то профурсеткой из Канады? – возмутилась Алла. – Да не бывать! Только через мой труп! А с этой профурсеткой мы еще разберемся!
– Правильно, – ухмылялся Генка. – Не давай им спуску, Алла.
– Максим, ты оторвался от реальности! – гундела Чеснокова. – Во-первых, кладов не бывает, а во-вторых, даже если бывают, их нельзя выкапывать из земли! Любой, кто откопает клад в корыстных целях, отдает богу душу!
– А если не в корыстных? – не понял Генка. – Если я хочу его сдать, например, государству, а потом любоваться им в музее?
– Ну тогда я вообще не понимаю, зачем куда-то ехать, – развела руками Чеснокова.
Студенты размышляли. Бродили великие умы.
– Повторяю еще раз, – говорил для бестолковых Максим, – никого из вас я ехать не принуждаю. Сидите в городе, наслаждайтесь прелестями урбанизации. На сессии встретимся. Да и какие из вас таежные проходимцы…
– Вот только не надо нас, пожалуйста, оскорблять! – возникала Чеснокова.
– На себя-то посмотри, отставной козы барабанщик! – не отставал Генка. – Канадка и пастух под хмурым небом Сибири. Да вы там такого напорете, что…
– Достаточно! – хлопнула ладошкой по столешнице Алла, и все вздрогнули. – Одного мы тебя не отпустим. Хватит нам Семигина! Так что извини-подвинься, Максим Андреевич…
Максим погрузился в раздумья.
