Он сирота.
Даже губу закусила, так противно было лгать. Но лучше ничего не успела придумать. Хорошо, что в темноте принц не видит выражения моего лица.
Вообще, каждый человек в жизни врёт, но сейчас мне было особенно стыдно. Тем более, что его высочество так просто не провести. Я даже его руку выпустила и пошла быстрее, до того неприятно стало.
Внезапно сзади что-то просвистело, в тот момент я ещё не знала, что услышала самый страшный звук в моей жизни.
Резко обернулась. Дракон пошатнулся, после упал на колени и стал медленно заваливаться набок, пока не свалился на землю.
В первую секунду я ничего не поняла, только внутри стало так жутко, что боялась вздохнуть.
Далее я всё видела, как будто на экране кино, как будто со стороны.
Я подошла к лежавшему в странной позе принцу и осторожно попыталась перевернуть на спину. И только в этот момент заметила торчавшую в районе самого сердца стрелу. По всем медицинским показателям он должен быть мёртв, только проверить не хватало решимости."
"Наконец, набрав полные лёгкие воздуха, присела и, задержав дыхание, прислонила два пальца к вене на шее принца.
Пульс еле прощупывался, но всё же был. Выдохнула с облегчением. Наверное, это с магией связано, что он такой живучий, нормальный человек бы не выжил.
Только что мне теперь делать? Позвать на помощь? Но время идёт на секунды, пока я буду бегать, он умрёт. Самой взяться за исцеление? Лекарь только успел предупредить не магичить, как будто чувствовал, что я скоро попаду в переделку. Пока мозг лихорадочно соображал, что делать, руки сами начали действовать.
Разорвала красивую рубашку на его груди и спине. Надо вынуть стрелу, только он тут же истечёт кровью. Как же быть?
Неожиданно принц открыл глаза, чем только больше напугал меня. Что же он такое, раз даже в сознание пришёл? Дракон смотрел на меня несколько секунд и снова впал в забытье.
Вытерла вспотевший лоб. Никаких нервов не хватит выжить в этом мире.
Боюсь, что Асгарду совсем недолго осталось, и такой болью отозвалось сердце, что чуть не закричала.
Надо не думать, а делать.
Отломила перьевую часть стрелы. Удар был такой силы, что орудие вошло в тело почти по самое оперение. Наконечник с древком торчали спереди. Взялась за окровавленный железный треугольник и потянула, мысленно останавливая кровь. Было так страшно, что рука то и дело соскальзывала, от напряжения пот тёк у меня по спине. Никогда, наверное, не забуду этого чувства ужаса накатывавшего волнами и мешавшего трезво мыслить.
