Автор
В весеннем Лондоне 1825 года, в Плейнсворт-Хаусе, где шло столько же времени, сколько он пробыл один наедине с собой, Ричард Кенуорти, обладая приличным состоянием но без жены, изучал свою тайну. Этот роман о том, как мужчина-господин должен быть полон любви и надежды на свадьбу....
Но она совсем не такая. И никогда такой не была. Внутри нее бушует пламя.
И она готова это доказать.
Глава 17
Ричард не понимал, где находится – на небесах или в аду.
Его жена, с которой он по-настоящему даже еще не разделил супружеское ложе, сейчас… Да, сейчас она целовала его… Господи Боже, она прижималась губами к его естеству и, несмотря на отсутствие сноровки, делала это с энтузиазмом и…
О чем это он, в самом деле? Со сноровкой у нее все в порядке. И разве это важно? Ведь об этом мечтают все мужчины в своих фантазиях.
Он мог бы остановить ее. Но не хотел. Господи, да ни за что! Ему так долго пришлось страдать по ней, что теперь, когда она стояла на коленях между его раздвинутых ног, целуя самым чувственным образом, который только можно представить, Ричард вдруг понял, что становится рабом своего желания. С каждым нерешительным движением ее языка он непроизвольно приподнимал бедра, приближая момент освобождения.
– Тебе нравится? – почти стыдливо спросила Айрис.
Господи, она спросила почти стыдливо и взяла его в рот!
Невинность, с какой был задан вопрос, лишила Кенуорти мужества. Она даже не представляла, что сделала для него. Об этом он не мог и мечтать.
– Ричард? – шепотом позвала Айрис.
Он – чудовище. Он – трус. Жена не должна делать таких вещей, по крайней мере, до того, как муж осторожно посвятит ее во все подробности супружеских отношений.
Но Айрис удивила. Она всегда удивляла Ричарда. И сейчас, когда осторожно взяла его в рот, Ричард лишился остатков разума.
Ничего в мире не было прекраснее этого.
Никогда он не чувствовал себя настолько любимым.
Ричард замер. Любимым?
Нет, это невозможно. Она не любит его. Не могла полюбить! Он этого не заслужил.
Но затем тоненький кошмарный голосок внутри него напомнил Кенуорти, что как раз в этом и заключался его план: использовать их короткий медовый месяц в Мейклиффе, чтобы соблазнить ее. Если не физически, то эмоционально.
Не нужно было этого делать! Даже задумываться об этом не стоило.
А теперь, если она… Если она полюбила его…
Это было бы чудесно!"
"Ричард закрыл глаза, отдаваясь на волю ощущений, которые волнами накатывали на него. Жена своими невинными губками доставляла ему немыслимое наслаждение. Эта мысль пронзила его, как молния. Он словно окунулся в теплый поток света. И почувствовал, что…
… Счастлив!
Это было что-то новое, еще не испытанное им во всех его предыдущих любовных переживаниях.
